Сергей Новопашин, директор департамента региональных исследований Института системных политических исследований и гуманитарных проектов (Екатеринбург):

О проходившем в Шадринске 25 июня VI инвестиционном форуме «Малые города России» написано уже немало комментариев, в основном оптимистичных по содержанию, или, точнее, «комментариев с надеждой». С надеждой на то, что первые инвестиции (на 2 млрд. рублей) и первые соглашения, (а их было заключено 25, непосредственно на форуме), положат начало будущему процветанию региона.  

Впрочем, прозвучали и осторожные замечания, и скептические. Ну, на то некоторые СМИ в УрФО и «заточены» – чтобы жизнь медом не казалась. К тому же она таковой в Зауралье не является. Это факт.

На уровне правительства Курганской области представители власти и бизнеса 21 июля обсудили результаты региона в Национальном рейтинге состояния инвестиционного климата в субъектах РФ Агентства стратегических инициатив. Область показала худший результат среди уральских регионов и оказалась в хвосте общероссийского списка. Зауральские предприниматели, участвующие в составлении рейтинга, поставили неудовлетворительную оценку региону. 

Инициатива рейтинга принадлежит четырем основным предпринимательским сообществам – Союзу промышленников и предпринимателей, Торгово-промышленной палате, «Деловой России» и «Опоре России». Она одобрена лично президентом. На Петербургском международном экономическом форуме глава государства пояснил, что Национальный рейтинг состояния инвестиционного климата в регионах России должен стать «работающим инструментом выявления и распространения лучших региональных практик по всей территории страны и инструментом повышения качества государственного управления на всех уровнях». 

В пилотном проекте в прошлом году участвовал 21 регион. В этом году в нем приняли участие 76 регионов. Оценка регионов проводилась по 50 показателям. Опросили более 200 тысяч предпринимателей. Отметим, что 75% рейтинга формируется за счет опроса предпринимателей.

Структура рейтинга состоит из четырех составляющих: регуляторная среда, институты для бизнеса, инфраструктура и ресурсы, поддержка предпринимательства.

Губернатор Алексей Кокорин так прокомментировал результаты рейтинга АСИ: «Это либо результат слабой информированности бизнес-сообщества о мерах поддержки, либо недоработка тех чиновников, которые занимаются этой тематикой. Проанализировав ситуацию и сравнив с другими регионами, можно сказать, что все меры поддержки предпринимательства аналогичны. Мы ждем инвесторов и готовы им всячески помогать». 

Озвучу пару-тройку  тезисов общего характера, связанных с надеждами курганцев (и российских партнеров в целом) на братский (по ЕАЭС) Китай. 

То, что мегапроект транспортного коридора, о чем отмечалось ранее завяз на предстарте, неудивительно. Во-первых, стране не до того. Во-вторых, челябинцы не дремлют, и в перерывах между внутрирегиональными элитными и не очень войнами, вынашивают замысел своего коридора «до теплых морей». 

И, замечу, если бы у соседей не уходило столько времени и ресурсов на внутрирегиональные состязания, и присутствовало бы единство и сплоченность элит, то челябинский коридор прокладывался бы уже на территории Казахстана. Так что, пока у курганцев есть шансы «выйти на Гоа» (шутка)  первыми, но для этого нужна мощная команда единомышленников и жесткий аппарат по подавлению каких либо оппортунистов от бизнеса ли, от политики ли, экономики…. Целое, как известно, всегда больше и сильнее разрозненного. Правда, пока замах идет на транспортно-логистический центр (а не коридор), но лиха беда начало. 

В целом, те проекты, что представили муниципалитеты, достаточно освещены в прессе УрФО и области, нет смысла повторять и комментировать. Время покажет, да и люди тоже.

А вот тема инвестирования, ради чего весь Шадринский форум и происходит уже не первый раз, оставляет желать… Два миллиарда рублей конечно деньги, но не радикальные.

Конечно,  проблемы с инвестированием в проекты регионального уровня, существуют, и не только в Зауралье, понятное дело. Так или иначе, но большинство регионов обладают (в разной степени) нехваткой того или иного ресурса/фактора, определяющего приток инвестиционных рек.

Как правило, это банальный дефицит региональных финансов, несистемные поступления средств, инфраструктурные проблемы, сложившаяся информационная блокада региона, связанная с отсутствием, либо понимания,  как и зачем создавать территориальные бренды, либо опять же нехватки средств (а порой и людей с внятной картиной мира в сознании) с вытекающей отсюда невозможностью информирования лежащего за пределами региона мира о своем существовании.

Все это, в той или иной степени относится и к Курганской области. На карте то она есть, но кто же сегодня в картах разбирается? 

Я не случайно упомянул про общественное сознание. Это фактор, который, пожалуй, приоритетен в иерархии факторов развития. Типичная пробуксовка проектов в регионах – это нежелание людей жить «по-старому», а вот как жить «по-новому» – неясно, и одного желания мало. Надо уметь писать бизнес-планы (это дружеский камень в огород), которые были бы понятны иностранным интересантам. Надо мыслить проектно, в мейнстриме современной парадигмы проектного подхода, а для этого изучать и изучать опыт других, а также свой, забытый и забитый (кооперацию, артели и пр.).

Кроме того, ожидая иностранные инвестиции, опять же, следует  отдавать себе отчет, что у людей иной культуры и традиции может быть иная этическая система,  и иные когнитивные особенности. Яркий пример с китайскими партнерами: в СССР в свое время испытывали тихую гордость от того, что китайские товарищи величали нас «старшим братом», однако в миропонимании ханьца старший брат не тот, кто сильнее-умнее, но тот, кто по умолчанию должен нянчится и безвозмездно помогать «братьям» младшим. 

Если говорить о современных возможностях китайских партнеров, то у них насчет России и конкретных регионов существуют опять же сугубо свои представления и желания.

Еще недавно, компании из «Поднебесной империи» с опасением рассматривали предложения об инвестициях – из-за серии неудачных проектов, причем в основном – по причине неадекватности региональных чиновников. Замечу, при инвестировании даже в итальянские проекты (страна, где коррупция не в пример нашей развита) такого не наблюдается, не говоря уже об африканских странах, где (перефразируя расхожую истину), «ступила нога ханьца, америкосу делать нечего».

Справка от Bloomberg
За последний год общий объем китайских вливаний в рынок Италии составил более 14 млрд долларов. Последней сделкой между двумя странами стала покупка китайской CNCC итальянского производителя шин Pirelli. Таким образом, в списке наиболее привлекательных для китайских инвесторов стран Италия обогнала США и Великобританию.

Почему? Потому что в первую очередь необходимо обеспечить поддержку иностранным инвесторам со стороны чиновников на местах. «Только в этом случае китайские инвесторы в России смогут почувствовать благоприятное отношение к себе, уверенность в том, что при возникновении каких-то проблем они могут обратиться к ним за помощью», – говорил недавно заместитель генерального секретаря Китайской ассоциации по развитию предприятий за рубежом Хэ Чжэньвэй в беседе с РИА Новости.

Причем, отмечал он, в регионы других стран в основном вкладываются частные компании, а не государственные, поэтому и желание гарантий их рисков можно понять. А что может гарантировать, например, чиновник регионального Минсельхоза? Вопрос риторический.

А вот и «китайская Африка» в пример. Бывший посол США в КНР Дэвид Шинн, прекрасно разбирающийся в китайском подходе к прямому инвестированию, отмечает на страницах издания, посвященного БРИКС следующее: «…государственные и частные китайские компании стали основными инвесторами в Африке за последние десять лет. Даже китайские частные лица вкладывают небольшие суммы в предприятия, начиная от ресторанов и заканчивая клиниками иглоукалывания. Вполне возможно, что за последние несколько лет Китай стал крупнейшим двусторонним источником ежегодных прямых иностранных инвестиций (ПИИ) для 54 стран Африки». Хочется поставить восклицательный знак.

Вопрос: чем Курганская область хуже/лучше? Да, наверное, как и любая другая в России, начиная с физико-географических условий – сурового климата, повышающего себестоимость любой продукции, и заканчивая климатом, так сказать, коммуникативным и когнитивным. 

Правда, если уж хозяину региона или города удалось привлечь инвестора из КНР,  и реализовать проект, то шансы его резко возрастают на китайском рынке инвестиций, т.к. статус начальника провинции из страны «северных круглоглазых варваров» в понимании китайского бизнесмена зависит впрямую от объема и количества инвестиций, которые тот сумел привлечь. Все остальное – лишь декорации.

Что еще следует знать о специфичном «китайском факторе»? То, что «китайцев много, и все они едят каждый день рис». Поэтому его не хватает. Поэтому его надо выращивать здесь, причем желательно на юани, вложенные самими же китайцами. Именно так сейчас поступают на Дальнем Востоке продвинутые агрохолдинги. Причем, вкладывают они и свои средства. Ибо выгодно.

Для справки.
Китай, будучи крупнейшим в мире производителем риса (30% мирового рынка, или 144,5 млн. тонн в 2014/15 сельхозгоду), одновременно и крупнейший в мире его импортер (4,4 млн. тонн). В России же урожай риса составил в прошлом году 1,05 млн. тонн (данные Росстата). То есть, нашим партнерам по БРИКС, ШОС и ЕАЭС не хватает порядка 3 млн. тонн риса. Вопрос: растет ли рис в Зауралье? Увы, не Кубань, но важен подход: чего не хватает в Китае, что есть в избытке у нас? 

Дальневосточные аграрии, кроме риса, строят свинофермы, продукцию которых готовы брать опять же южные соседи. Вкладываются в проекты и наши бизнесмены, и китайские. Напомню, КНР - страна большая, и, к примеру, Синьцзян-Уйгурский автономный район гораздо ближе к Курганской области, нежели Приморье с его новыми агрохолдингами. Намек ясен?

Российский фонд прямых инвестиций (РФПИ), Российско-китайский инвестиционный фонд и народное правительство китайской провинции Хэйлунцзян договорились в мае сего года создать специализированный фонд для инвестиций в агропроекты России. Хороший почин. Заметим, объем фонд составил $2 млрд и только для инвестиций в агробизнес.

Так, «Ведомости» пишут, что «Многие крупнейшие предприятия Китая готовы инвестировать в российский агросектор, но пока не имеют финансовой поддержки или надежных местных партнеров. Среди лидеров китайского АПК – производители мяса New Hope Liuhe (капитализация на Шанхайской бирже – $6,9 млрд), Muyuan Foodstuff ($2,9 млрд), Hunan Xinguang’an Agricultural Husbandry (частная компания), Hunan Dakang Pasture Farming ($3,9 млрд), зерновых Beijing Dabeinong Technology ($5,9 млрд) и Heilongjiang Agriculture ($4,9 млрд), овощей и фруктов Cofco Tunhe ($4,1 млрд) и др.».

Заметьте, о проблеме надежности местных партнеров говорится уже не первый раз. Выводы делаем. 

И к 7 Шадринскому форуму приходим во всеоружии бизнес-планирования, с железными гарантиями рисков (в т. ч. в виде федерального софинансирования), красивыми картинками логотипов и брендов, упакованными в хайтек традициями, и аллеей цветущих в мае слив мэйхуа, специально высаженной к приезду китайских товарищей.

Да, и не забудем, что на западе бизнес – средство и технология,  тогда как на востоке бизнес – это искусство и поэзия.