Константин Костин и Леонид Калашников о «лихих девяностых» и адекватности российской элиты в программе «Вечер с Владимиром Соловьевым».

На канале «Россия» вышла заключительная серия многосерийного фильма Сергея Урсуляка «Ненастье», созданного по одноименному произведению известного уральского писателя Алексея Иванова. «Ненастье» вошло в финал премии "Большая книга" (2016) и было названо "Книгой года", для Иванова это история не столько о 1990-х, сколько о братстве афганцев и их сообществе, экранизацией автор остался доволен. Сергей Урсуляк, режиссер фильма, признается, что он далеко не воспевает эпоху девяностых годов, ставшую для России, переломной, но "отпевает" её, и делает это с классическим размахом.

Во всяком случае, по финалу фильма («Ненастье») не могло не быть его обсуждений. Они и были. Уж слишком противоречива и во многом трагична поднятая авторами тема. По итогам просмотра финальных серий телефильма «Ненастье»  в студии Владимира Соловьева 15 ноября прошло обсуждение тех исторических реалий, на фоне которых происходит действие книги и фильма.

Владимир Соловьев: К счастью, времена, о которых напомнил нам этот фильм, прошли. Страшно даже вспоминать статистику лихих девяностых….

Напомним, 15 ноября 1991 Президент РСФСР Борис Ельцин подписал пакет из десяти указов и правительственных постановлений о переходе России к рыночной экономике, сформировал под своим началом новое правительство РСФСР.

15 ноября 1991 года Борис Ельцин сформировал под своим началом новое правительство РСФСР и подписал десять указов о проведении экономических реформ. До этого, 6 ноября, президент подписал указ об отставке прежнего правительства и утвердил структуру нового. Обязанности премьер-министра Ельцин возложил на себя. Так родилось первое российское правительство реформ, получившее название правительство Ельцина-Гайдара. Напомним, Егор Гайдар отвечал в должности зампреда кабинета министров за финансово-экономический блок, в 1992 году он стал первым вице-премьером, а затем и.о. премьера.

В студии В. Соловьева своим мнением относительно «эпохи лихих девяностых» поделились, в числе приглашенных: Леонид Калашников, Председатель комитета Государственной думы по делам СНГ, евразийской интеграции и связям с соотечественниками, депутат ГД от КПРФ, и Председатель правления Фонда развития гражданского общества, политолог Константин Костин.

Костин: Девяностые годы, конечно, очень тяжелое время, очень неоднозначное, поэтому попытки только обвинять или оправдывать, изначально обречены на крайности в суждениях. Поэтому…. «Родителей не выбирают». Девяностые - это первые годы государственности. Россия в это время создавалась, как государство, - именно в девяностые.

Соловьев: Я не выбирал родителей, Гайдара и Чубайса, кстати, тоже не выбирал.

Костин: Люди выбрали Ельцина, а уже он не спрашивал никого, и он уже выбрал и Гайдара, и Чубайса. Поэтому, к сожалению, не всегда здесь есть выбор.

После шоковой терапии (расстрел «Белого дома») доверие к Ельцину и его правительству постепенно падало, нужно было что-то делать. В девяносто шестом году должны были пройти выборы. То, как эти выборы были проведены, сильно травмировали нашу политическую систему. Стало понятно, что волеизъявление волеизъявлением, но можно попытаться манипулировать. Поэтому олигархи с таким интересом начали захватывать политические инструменты: финансировать партии, скупать средства массовой информации. Они поняли, что этим можно управлять в своих интересах.

Глава ФоРГО Константин Костин в студии ТВ «Россия» - «Вечер  Владимиром Соловьевым» 15 ноября 2018 г.

Почему все-таки девяностые были такими? - Трансформация назрела. Когда Советский Союз начал разваливаться, никто не вышел его защищать.

Да, к Белому дому вышли, потому что чувствовали, что там что-то происходит, а на защиту Советского Союза не вышли.

Вопрос в том, чтобы элита была адекватна тому вызову, который перед страной стоит. Зачем начинать перемены с шоковой терапии? При этом зачем обязательно было обирать людей?  - Ведь были другие способы .

Конец девяностых - тоже очень тяжелое время. Время, когда приходит Путин. Это и сепаратизм, война на Кавказе, ситуация с пенсиями и зарплатами … Системный кризис продолжается. Олигархи по-прежнему считают, что руководят всей политикой.

И в этой ситуации появляется лидер, который адекватен вызовам, которые перед ним стояли. Лидер, который знает, как сделать так, чтобы люди жили лучше. Чтобы в течение десяти лет зарплата повысилась в 10 раз. Чтобы стало возрождаться российское производство. Чтобы в международном распределении труда, мы бы занимали место ни какого-нибудь сырьевого придатка, а чтобы и в высокотехнологичные сферы мы тоже попадали.

Вот и ответ на вопрос: Как должно было быть?

Реформаторы же девяностых были просто не компетентными. Когда они все это планировали и делали, просто не оценивали последствия своих шагов.

Соловьев: …они реально были предателями. Но при этом это была коммунистическая и комсомольская верхушка, они предали все, чему учили других и клялись в годы существования СССР. 

Костин: Это правда!

Константин Костин о конце 90-х: «Системный кризис продолжается. Олигархи по-прежнему считают, что руководят всей политикой. И в этой ситуации появляется лидер, который адекватен вызовам, которые перед ним стояли. Лидер, который знает, как сделать так, чтобы люди жили лучше».

Калашников: Недавно мы Медведева утверждали премьером, я задал ему вопрос от фракции: «Кто развалил страну?», а Путин ответил за него, запомнив мой вопрос: «Коммунисты».

Но коммунисты все разные: коммунист Калашников, который трудился на ВАЗе, коммунисты Горбачев и Ельцин, которые были здесь, коммунист Путин, который в управлении. Разная степень ответственности у них была, значит они по разному … Не надо обобщать это в один коммунизм.

Дело в том, что коммунизм был не выгоден западу. Коммунизм – это целая система власти – подготовка кадров и многое другое. И конечно это не устраивало Запад – нужно было все разрушить. Разрушили с помощью как раз таких предателей из коммунистической же партии.

Я помню Гайдара в Тольятти, который подписывал Махлаю В.Н., который сейчас прячется в Великобритании, по второй форме отдать ТоАЗ (Тольяттинcкий азотный завод), лучший завод в Европе по производству минеральных удобрений.

Леонид Калашников в студии ТВ «Россия» - «Вечер  Владимиром Соловьевым» 15 ноября 2018 г.

Коммунизм разрушила ватага предателей. Вот Вы говорите, что Горбачев хотел как лучше, а тут Ельцин пришел и его обхитрил. Мне рассказывал Лукьянов, как он разговаривал с Дэн Сяопином. По его словам: «Горбачев был у меня, и я считаю его предателем. Не знаю, насколько он верен». А ведь происходили события в Тяньаньмэнь, на площади были танки, были погибшие. - Так что было лучше тогда на тот момент, думаю я сейчас о 90-х годах? Власть, которую надо было держать и потихонечку менять страну или начать экспериментировать как Горбачев. Жалко миллионов людей, которых обманули. В этом смысле власть должна быть сильной и ответственной

Костин: Я ровно об этом и сказал. Это вопрос лидера, это вопрос адекватности властной элиты тем задачам и угрозам, которые стоят перед страной.

Источник (видео): Вечер с Владимиром Соловьевым от 15.11.18