4 июля 1989 года в густонаселенном районе Бельгии, около городка Куртрэ, произошло драматическое событие. Ясным безмятежным днем частный дом семейства Делауэр протаранил боевой самолет ... с советскими опознавательными знаками! От полученных травм скончался бельгийский юноша. Летчик не пострадал, поскольку за час до трагедии катапультировался из истребителя и благополучно приземлился на польской земле. Из Польши в Бельгию «МиГ-23» прилетел без пилота.

Уникальный в истории авиации случай в тогдашней политической обстановке получил нежелательную для Советского Союза окраску. Поэтому неприятный инцидент постарались поскорее замять. Его непосредственному участнику – военному летчику полковнику Николаю Скуридину – порекомендовали «не очень распространяться».

Летом 1989 года истекал год, как полковник Скуридин служил в Северной группе войск. Он занимал высокую должность начальника политотдела авиадивизии, что обязывало его, в частности, выполнять самостоятельные полеты. 4 июля он готовился лететь на «МиГ-23» с аэродрома полка, который базировался неподалеку от города Колобжег (Балтийское побережье Польши). 

Как обычно, самолет уверенно оторвался от земли. Но едва летчик начал набирать высоту, сильнейший удар потряс истребитель. Возможно, в воздухозаборник попала птица. Случилось это на 41-й секунде полета, на высоте всего 90 метров! Резко упала скорость, «МиГ» начал снижаться... Скуридин едва успел отвернуть самолет от города в сторону моря и катапультировался. Прежде чем приземлиться, пилот успел заметить, как истребитель пересёк береговую черту и затерялся на фоне голубых волн. Тем временем локаторщики выдали информацию о потере объекта где-то в районе прибрежных вод. Вылетевшая вслед аварийному «МиГу» пара истребителей его не обнаружила. Командование начало успокаиваться, рассудив, что серьезное летное происшествие закончилось довольно благополучно — без человеческих жертв. В том, что «МиГ-23» упал в море, никто не сомневался. 

А между тем оставшийся без пилота самолет бороздил воздушное пространство Германии. Немецкая ПВО оказалась не на высоте, пока ее истребители пытались настигнуть «МиГ», он уже пересек границу с Бельгией. Сообщения летчиков ФРГ о том, что они якобы подлетали вплотную к советскому истребителю и, удивляясь, рассматривали, пустую кабину, скорее всего, просто выдумка. Практически все военные самолеты имеют фотоаппаратуру. Снимок серебристого «МиГа» с красными звездами на борту и без пилота в кабине, да еще на фоне немецких перехватчиков стоил больших денег и обошел бы многие газеты мира. Но таких фотографии не было. 

Чуть больше часа находился в воздухе истребитель Скуридина. Сам офицер за это время успел побывать в госпитале, сделать рентгеновские снимки (так как ушибся при спуске на парашюте) и появился в штабе. И тут радиостанция «из-за бугра» передает, что советский «МиГ-23», бортовой номер 29, благополучно приземлился в окрестностях Брюсселя. Самолет разрушил забор одного из домов, крылом разбил веранду, на которой, к несчастью, находился юноша. 

Слушая сообщение, полковник Скуридин и другие офицеры штаба испытали шок. Как мог неисправный истребитель, да еще без пилота, оказаться в Бельгии? Впоследствии выяснилось, что от катастрофы «МиГ-23» уберег автопилот. В полку было принято включать его на земле и не выключать в течение всего полета. 

Довольно странно вел себя двигатель. Пленка из «черного ящика» записала следующее. На 41-й секунде полета произошло резкое падение оборотов (установить причину не удалось, так как основную часть оборудования не вернули). В таком состоянии двигатель находился 15 секунд, потом обороты вновь возросли. В это время летчик уже катапультировался. Далее обороты двигателя увеличились до максимальных, а через 20 секунд вновь упали. Автоматика их вновь повысила. Вскоре параметры работы двигателя пришли в норму и удерживались до окончания топлива в баках. После остановки двигателя истребитель стал планировать. Снижаясь, самолет набирал скорость и за счет своих аэродинамических качеств, при действующем автопилоте, возвращался в горизонтальный полет. Так повторялось несколько раз. На последнем цикле, «МиГ» буквально притерся к земле и остался невредимым. 

Спустя несколько дней после случившегося в Бельгии побывала группа представителей министерства обороны. Какой-либо вины пилота не нашли. Тяжба разгорелась между министерством авиационной промышленности и инженерной авиационной службой. Дело в том, что двигатель, как оказалось, в течение года 5 раз был в ремонте. Однако причину его нестабильной работы комиссия так и не обнаружила. 

Комментируя инцидент, тогдашний первый заместитель командующего ВВС генерал-лейтенант Е. Шапошников завил дословно следующее: «Случай в истории авиации уникальный. Еще не было такого, чтобы боевая машина, покинутая пилотом, совершила столь продолжительный неуправляемый полет».