Города становятся ключевым элементом глобальной конкурентоспособности. Они, как магниты, притягивают человеческий и финансовый капитал. Уфе и ее территориям-спутникам необходимо активизировать процесс урбанизации, иначе столица Башкирии проиграет в борьбе с другими точками концентрации ресурсов.
Организация объединенных наций протоколирует: абсолютное число городов в мире неуклонно растет. Одновременно крупные мегаполисы с каждым годом увеличивают свою «силу притяжения». Возьмем 1950 год. Тогда агломерации с населением более 10 млн человек сосредотачивали 1,6% горожан. Через 55 лет показатель вырос до 9,3%. Примерно та же картина с городами населением в 1-5 миллионов: 18,7,% и 22,6% соответственно. В 2008 году в мире насчитывалось 459 мегаполисов, но уже к 2016-му их может стать в два раза больше.
Приведем и еще один показатель, которым машут как флагом все планировщики мира: в 2012-м доля городского населения планеты составляла 50%. В 2050-м она должна увеличиться до 75%. В России, к слову, уже сегодня в селе живут всего 27% граждан.
О чем это говорит? О том, что уже сегодня за ресурсы борются не страны, не регионы, а города. И в дальнейшем этот тренд будет только усиливаться.
– В инновационно-технологическом сообществе к территориальным стратегиям сформировалось довольно жесткое отношение, – говорит директор проектного офиса Российской венчурной компании Евгений Кузнецов. – Термин «регион» в его традиционном понимании (исторически сложившаяся общность муниципальных образований) в этой среде не актуален. Очень показательна, например, позиция известного венчурного капиталиста, сооснователя фонда Draper Fisher Jurvetson Тима Дрейпера, который сейчас активно лоббирует разделение Калифорнии на шесть частей. Он считает, что штат не сможет нормально развиваться, если будет совмещать все существующие на его территории кластеры. Нам такой подход кажется странным. Однако для западного побережья США противостояние, скажем, айтишников Сан-Франциско и медиков и биологов Сан-Диего – наболевшая проблема, находящая отражение в региональном законодательстве. В Северной Америке важнейшими экономгеографическими единицами являются хабы, которые создают совершенно новую опорную сетку глобального взаимодействия. Разработку всей инновационной продукции в Штатах обеспечивают шесть-семь хабов, они же вносят основной вклад в ВВП страны и конкурируют с другим подобными территориальными образованиями, сложившимися вокруг Лондона, Парижа, Гонконга, Токио и т.д. Таким образом, мы говорим о реинжиниринге региональной матрицы, о создании структур, способных формировать конкурентоспособные условия для деятельности на глобальном уровне.
В Северной Америке важнейшими экономгеографическими единицами являются хабы, которые создают совершенно новую опорную сетку глобального взаимодействия. Разработку всей инновационной продукции в Штатах обеспечивают шесть-семь хабов, они же вносят основной вклад в ВВП страны и конкурируют с другим подобными территориальными образованиями, сложившимися вокруг Лондона, Парижа, Гонконга, Токио.
Хабы, о которых говорит Евгений Кузнецов, в большинстве случаев представляют собой агломерации – компактное скопление населенных пунктов, объединенных в сложную многокомпонентную динамическую систему с интенсивными производственными, транспортными и культурными связями. Такого определения придерживается большинство исследователей. Однако, на наш взгляд, в нем не хватает одного исключительно важного момента — муниципалитеты, входящие в агломерацию, должны иметь совместные проекты.
В российском законодательстве понятия «агломерация» пока не существует. Однако первые дискуссии о необходимости их формирования возникли еще в середине 2000-ых. В начале 2007-го представители Минрегионразвития начали сыпать заявлениями о необходимости формирования опорных территориальных точек путем слияния областных центров с близлежащими населенными пунктами. Тогда же в СМИ впервые появилось число 14. Логика властей понятна: из каркаса расселения страны выпали столицы республик СССР, их нужно было чем-то заменить.
Почти семь лет дискуссия о необходимости формирования агломераций велась в основном внутри экспертного сообщества. Новая волна интереса к сотрудничеству городов поднялась только осенью 2013-го, когда Минрегионразвития объявило конкурс на поддержку пилотных проектов. В чем эта поддержка будет заключаться, пока непонятно. Тем не менее, ведомство отобрало 16 территорий, на которых планирует отработать механизмы межмуниципального взаимодействия. Одни из них расположена на территории Башкирии – это конгломерат Салавата, Ишимбая, Стерлитамака и Стерлитамакского района.
Однако, на наш взгляд, логичным является создание в республике еще трех агломераций: вокруг Нефтекамска, Туймазов и Октябрьского, но главное – вокруг миллионной Уфы. Последняя могла бы объединить столицу Башкирии с Уфимским, Благовещенским, Чишминским, Иглинским, Кармаскалинским и Кушнаренковским районом.
Мы убеждены, что стратегию развития Уфимской агломерации необходимо рассматривать одновременно в четырех масштабах – экономическом, управленческом, человеческом и пространственном.
Экономика
Перед экономикой России и Башкирии стоит непростая задача коренной модернизации, тектонического сдвига. Власти декларируют: нужно слезть с «нефтяной иглы», диверсифицировать промышленность. Но из поля обсуждения выпадет самый главный вопрос — чьими руками будут создаваться новые производства? К 2020 году в нашей стране число самых деятельных граждан 25-29 лет сократится на 40%, на треть уменьшится количество 30-34-летних. Таков прогноз директора региональной программы Независимого института социальной политики (Москва) Натальи Зубаревич. Она считает, что трудоспособное население к 2025 году может сократиться на 10-14%. В крупных промышленных субъектах Урала численность будет сокращаться опережающими темпами. Но самый печальный нюанс состоит в том, что в российских регионах (и Башкирия не исключение) предложение на рынке труда (профессионально-квалификационный уровень и географическое размещение рабочей силы) не соответствует спросу. Если говорить просто – рабочие места в одном городе, руки – в другом. В первом наблюдается жесткий дефицит человеческих ресурсов, во втором – переизбыток. Внутри субъектов федерации есть территории, у которых вообще нет никаких конкурентных преимуществ, но люди там, тем не менее, живут и требуют социальных гарантий. «Это убыточная модель расселения», – констатирует главный архитектор проекта Центра пространственной информации НИиПИ градостроительства Александр Антонов.
Вывод прост – необходимы инструменты концентрации ресурсов, балансировки спроса и предложения на рынке труда. Агломерация – один из них.
Доля предприятий Уфы в объеме отгруженной предприятиями Башкирии продукции собственного производства и доля Уфы в инвестициях в республику, % | Create infographics
Доля предприятий Уфы в объеме отгруженной предприятиями Башкирии продукции собственного производства и доля Уфы в инвестициях в республику, %
Источник: Минэкономразвития Башкирии
Уфа с муниципалитетами-спутниками уже сегодня – это 34% населения Башкирии. Доля города в объеме отгруженной продукции региона – 52,3%, в инвестициях – 38,3%. В то же время есть ряд вызовов. Первый – урбанизационные процессы в республике идут крайне медленно, что снижает конкурентоспособность ее территорий. С 2010 по 2014 годы население Уфимской агломерации приросло на 7140 человек (данные за 2010 год – Всероссийская перепись, за 2013-ый – Башстат). 0,5% за три года. Второй вызов – снижение доли столицы региона в инвестициях. В 2007 году Уфа аккумулировала 44,8% денег, вкладываемых в республику, В 2011-рм этот показатель вырос до 48,1% и оставался почти неизменным до 2011-го, а потом резкий спад – 43,2% в 2012-ом и 38,3% в 2013-ом.
На третий вызов указывает зав. кафедрой экономгеографии БашГУ Радик Сафиуллин. По его прогнозу, к 2060 году население Уфы (без мигрантов) может снизиться до 800 тыс. человек. Депопуляция, безусловно, негативно скажется на развитии территории.
Эффекты, которые территория может получить от формирования агломерации, неплохо изучены: издержки промпредприятий и инфраструктурные ограничения снижаются, спектр возможностей на рынках труда и сбыта продукции расширяется. Следствие агломерационного эффекта, судя по разнообразным исследованиям, — прирост производительности труда на 3-8%. Программный директор Московского урбанистического форума Василий Аузан, говоря о производительности труда в мегаполисах, приводит другие цифры: «В мире 600 крупнейших городов – это 22% жителей и 50% ВВП. По-моему, весьма красноречивые данные».
– Экономическая целесообразность агломерации очевидна в силу эффекта масштаба, – уверен автор работ по стратегиям развития городов и городских агломераций Александр Эпштейн. – Крупному бизнесу выгоднее прийти в миллионник, а не в стотысячник. Экономика агломерации диверсифицирована, предложение на рынке труда характеризуется большим разнообразием. За счет этого территория устойчива к кризисам.
Профессор кафедры «Инновационная экономика» БашГУ Евгений Евтушенко считает, что при определении приоритетных направлений экономического развития «Большой Уфы» необходимо исходить из четырех принципов. Первый – опора на естественные преимущества: надо делать то, что у города лучше всего получается. Второй – приоритетная отрасль должна развиваться темпами, превосходящими среднемировые. Третий – отрасль обязана вносить существенный вклады в ВРП республики. Наконец, четвертый принцип – синергия.
– Мы провели STEP-анализ и выделили ряд приоритетных направлений экономического развития Уфы и республики в целом, – комментирует замминистра экономического развития Башкирии Александр Васильев. – В первую очередь мы, конечно, говорим о большой нефтегазохимии. Сегодня она в производственном секторе Уфы занимает 47,8%. К 2020 году этот показатель должен вырасти до 59%. Другие приоритеты – машиностроение, био- и информационные технологии, медицинское оборудование, туризм и формирование транспортно-логистического комплекса.
Президент торгово-промышленной палаты РБ Юрий Пустовгаров акцентирует внимание на том, что ставку Уфимской агломерации необходимо делать на новые технологии. Он выделяет три сектора – нефтегазопереработку, высокоточное машиностроение и медицину.
Евгений Евтушенко предлагает обратить пристальное внимание на газохимию. Его аргументы: в мире эта отрасль развивается относительно быстро; в долгосрочной перспективе Европа будет снижать потребление топлива и потоки газа придется перераспределять, лучшее решение — переработка; в Башкирии есть газовые месторождения, которые могут быть включены в производственную цепочку.
Еще один сектор, выделяемый Евгением Евтушенко, – переработка сельхозпродукции и пищевая промышленность. Логика понятна. Аграрный сектор в Башкирии развит достаточно сильно. На республику в последние годы приходилось, например, до четверти всех валовых сельхозпродаж Большого Урала (в этот макрорегион входят десять территорий: Башкирия, Удмуртия, Пермский край, Свердловская, Челябинская, Тюменская, Курганская, Оренбургская области, Югра и ЯНАО).
Заметим, что ни власти, ни ученые, ни представители бизнеса не говорят о том, что «ядро» агломерации – Уфа – должна превращаться в постиндустриальный город. На наш взгляд, это исключительно верный подход. Отказ от промышленного наследия, форсированное развитие третичного сектора принесет экономике города только вред.
Но определение приоритетов – лишь первый шаг. Следующий (намного более капиталоемкий) – их реализация. Директор фонда «Центр стратегических разработок» Владимир Княгинин уверен, что на данный момент в России единственная форма коллаборации и запуска новых организационных процессов – это кластеры: «Они развиваются очень медленно, но ничего другого пока нет».
Определимся, что мы подразумеваем под термином кластер. Здесь нам ближе всего подход завотделом экономтеории ИМЭМО РАН Сергея Афонцева:
Кластер – это четкое хозяйственное явление с определенным набором характеристик. Во-первых, входящие в него предприятия располагаются на относительно компактной территории. Во-вторых, компании должны взаимодействовать друг с другом, формируя единые цепочки добавленной стоимости. В-третьих, резиденты ориентированы на производство конкретной группы товаров: не бывает химического или фармацевтического кластера, эти отрасли слишком велики. Не могут предприятия выпускать и удобрения, и полимеры или, например, косметику с лаками и красками. Мы должны понимать, что именно производит кластер, на каком сегменте рынка он фокусируется. Наконец, четвертое – ориентация на инновационный продукт.
Старший научный сотрудник Института статистических исследвоаний и экономики знаний Высшей школы экономики Василий Абашкин уверен, что кластеры являются точками роста экономики, концентрации производственного, инновационного, кадрового, образовательного потенциалов (это созвучно идее концентрации ресурсов внутри агломерации):
– У действующей сегодня в ряде регионов кластерной политики есть ряд недостатков, – замечает Василий Абашкин. – Первый – хаотичность, неструктурированность выделения кластерных инициатив. Второй – отсутствие координации между приоритетами территории и приоритетами кластера. Я думаю, что эта модель требует переформатирования. На мой взгляд, в нее нужно включить два элемента — отбор на региональном уровне и кластерных инициатив, и проектов, которые рождаются внутри кластеров. Это позволяет структурировать систему и учесть стратегические приоритеты развития территории.
Управление
Мировой опыт выработал четыре модели управления агломерациями (подробнее см. врезку). На наш взгляд, наиболее эффективными являются две из них – двухуровневая (когда создается некий надмуниципальный орган управления, которому передается часть полномочий и бюджета) и договорная (муниципалитеты создают координационные советы и посредством этого инструмента реализуют общие проекты). В России, правда, у городов выбора нет: двухуровневая система законом пока запрещена. Остается договариваться.
С одной стороны, такой подход хорош. Он порождает хозяйственно-экономическую инициативу на местах. Это, по мнению генерального директора "Института приоритетных региональных проектов" Николая Миронова, пока еще скрытый фактор роста национальной экономики, противовес затратных и не всегда работающих на локальном уровне федеральных целевых программ и других централизованных инструментов «поддержки» всего и вся, которые на практике порождают массу негативных эффектов – от нерационального растрачивания госфинансов до коррупции.
С другой стороны, договаривающимся сторонам будет крайне сложно прийти к общему знаменателю. И «Большая Уфа» здесь не станет исключением.
– Что говорит Уфа? – задается вопросом Александр Эпштейн. – Дайте нам больше денег и мы решим свои проблемы. Что говорит Уфимский район? Дайте нам больше денег и мы решим свои проблемы. Пока о межмуниципальной кооперации, постановке общих целей речь не идет. Поэтому я уверен, что для налаживания взаимодействия необходимо участие третьей стороны, например, региона – не как ментора, надсмотрщика и указывающего перста, а как площадки для переговоров. И здесь очень важно, чтобы «нижний» уровень доверял «верхнему».
По мнению Александра Антонова, у Уфы со спутниками должны появиться простые и понятные общие проекты. Например, электричка или полигон бытовых отходов. «Только на таких прозрачных, очевидных и выгодных всем сторонам проектах можно отработать модель взаимодействия, научиться жертвовать своими интересами, чтобы обеспечить согласованное развитие».
Модели управления агломерациями
1. Создание единого муниципального образования (Лос-Анджелес, Торонто, Виннипег, Эдмонтон, Днепропетровск)
Плюсы:
– простая и понятная система управления;
– один центр принятия решений и ответственности.
Минусы:
– крайне сложно организовать объединение и получить согласие населения (объединение городских округов друг с другом и с муниципальными районами законом прямо не урегулировано);
– снижение гибкости управления, потеря самостоятельности городов-спутников;
– снижение доступности услуг;
– расползание города, потеря управляемости, рост бюджетных расходов.
2. Создание надмуниципального образования «второго уровня» при сохранении существующих (Париж, Монпелье, Каракас, Монреаль, Лондон, Стокгольм).
Плюсы:
– гибкая система управления;
– распределение полномочий на основе договора;
– возможность появления агломерационного эффекта;
– сохранение самостоятельности и демократии на местном уровне.
Минусы:
– возможные перекосы в сторону «низовых» муниципалитетов или ядра;
– в России формирование такого органа законодательство не предусматривает.
3. Договорная. Нового органа муниципального управления не создается. Для решения стратегических задач развития агломерации формируются координационные советы и комиссии (Барселона, Мехико и Буэнос-Айрес, Гвадалахара).
Плюсы:
– наиболее гибкая система управления за счет договорного принципа принятия решений;
– может быть реализована в рамках действующего российского законодательства.
Минусы:
– договорные отношения не урегулированы;
– агломерация не является единым субъектом;
– сложности финансирования межмуниципальных проектов и выстраивания модели управления, основанной на равноправии участников агломерации.
4. Управление агломерацией со стороны региональных властей (в чистом виде не встречается).
Минусы:
– закон о местном самоуправлении запрещает региональным властям вмешиваться в муниципальное управление;
– модель ведет к выделению агломерации в отдельный регион (субъект федерации), потому она не будет являться агломерацией как таковой;
– модель обоснована, только если в агломерации живут 80-90% жителей региона.
Человек
«Человек, – уверен Василий Аузан, – один из важнейших драйверов развития современных городов». Этот тезис верен хотя бы потому, что люди – главный ресурс инновационной экономики.
Человеческий фактор в развитии агломерации имеет множество измерений и преломлений: ассимиляция мигрантов, старение населения, инфраструктура для самозанятых, гуманное отношение к людям, толерантность и терпимость, легализация неформальной экономики. «Например, в Скандинавских странах проституция не запрещена, – говорит Василий Аузан. – Я не призываю российские города идти по тому же пути. Но если ты не замечаешь довольно большой отрасли, то тебе не важно, кто там работает, что там происходит, – в итоге это все заканчивается криминалом».
«Большая Уфа» должна стать привлекательной для людей. Думается, что от других агломераций ее могут отличать нематериальные активы (так называемая software-инфраструктура). Это прежде всего услуги в сфере образования и здравоохранения. Другой вектор – развитие культуры.
– Данные "Российской венчурной компании" говорят о том, что, например, в соседней Перми корреляция между предпринимательской активностью и культурой была очевидна, – констатирует Евгений Кузнецов. – Подъему российской науки XIX века предшествовал и сопутствовал всплеск в культуре. Где нет хорошей оперы, там не будет и хороших ученых. Давно известно, чем квалифицированнее и дороже человеческий капитал, тем более разнообразной среды он требует. Отсюда очевидный рецепт для городов – наращивать сложность. Не нужно стесняться вкладывать в совершенно непрактичные и неожиданные вещи – в идентичность, знаковые культурные символы, эстетику. В нейронауке представление о человеке как ультрарациональном существе меняется. Эмоциональные символы возвращаются в экономику как полномасштабный агент.
Пространство
Принципиальный момент в создании «Большой Уфы» – согласованное пространственное развитие, принятие стратегических документов, «накрывающих» всю территорию агломерации. Неконтролируемая застройка может привести к катастрофе. Муниципалитеты-спутники, зарабатывающие на близости к административному центру, могут превратиться в вечные спальники, природный каркас будет уничтожен, транспортная доступность – резко снизится (все это, например, произошло в Москве и Московской области).
Акцентируем внимание и на том, что пространственная стратегия агломерации должна быть тесно связана с приоритетами социально-экономического развития.
Определим несколько реперных точек пространственного развития Уфимской агломерации. Первая – связанность территории и стимулирование мобильности граждан.
– Транспортная инфраструктура должна развиваться не просто опережающим темпами, она обязана быть избыточной, иначе ни о каком агломерационном эффекте и речи быть не может, – уверен Александр Антонов. – Сегодня пространственное развитие территорий идет так: на трассу «насаживается» максимально возможный объем жилья. Когда становится невмоготу, начинают думать о строительство новых дорог, запуске электрички, скоростного трамвая и т.д. Подход должен быть обратным – сначала трансопртный каркас, потом его насыщение.
Директор Института экономики транспорта Высшей школы экономики Михаил Блинкин считает, что российским городам и Уфе в том числе можно взять на вооружение немецкий путь, который заключается в формировании интегрированной рельсовой системы. В городах Германии пассажир (особенно иностранец) с трудом понимает, где заканчивается электричка, начинается метро и трамвай. Как уверяет Михаил Блинкин, это лучшее, что можно придумать в сфере городского транспорта.
В Уфе, кстати, отдельные фрагменты этой рельсовой системы уже существуют. Один из наиболее значимых – это городская электричка, которая курсирует между Шакшей и Дёмой.
Александр Эпштейн указывает на еще один немаловажный фактор, способствующий мобильности населения, – арендное жилье. Сегодня этот проект реализуется только в Москве. Вероятно, ситуацию изменит недавно принятый закон о некоммерческом найме.
Вторая реперная точка – полицентричность. Уфа исторически состоит как бы из двух городов «И это надо учитывать при формировании пространственной стратегии, – уверен генеральный директор компании «Урбаника» Антон Финогенов. – Развитие транспортной инфраструктуры через реки Белая и Уфа, на мой взгляд, усилит разделение Уфимской агломерации на зоны. Это говорит о том, что функцию центральности необходимо развивать как минимум в двух точках».
Третья точка, тесно связанная со второй, – формирование центров притяжения на местах. Ими могут быть образовательные учреждения (корпоративные университеты, филиалы уфимских вузов и т.д.), промышленные предприятия, культурные и досуговые учреждения, общественные пространства. Периферия Уфы не должна превращаться в подобие спального района, который днем вымирает.
Наконец, четвертый момент – совместные проекты по спецзонам. Очевидно, что Уфа и прилегающие муниципалитеты не должны формировать отдельные скотомогильники, полигоны твердых бытовых отходов, кладбища и т.д. Необходимо определить общие территории, которые будут отведены под эти нужды.
– Уфе и агломерации надо осознать свою самость, – подытоживает Александр Эпштейн. – Вытащить потенциал межмуниципальной кооперации, понять на нее спрос. Тогда будет понятно, что делать дальше. Пока понимания этой самости нет.
Источник: Стратегия развития города Уфы
В Бисерти произошел крупный пожар
В поселке Бисерть произошел крупный пожар. На ул. Советской и ул. Малышева 6 частных жилых домов были уничтожены огнем, еще 1 дом поврежден.
Площадь возгорания составила 800 кв м. Быстрому распространению огня способствовали плотная застройка частного сектора и сильные порывы ветра, сообщили в региональном МЧС.
К тушению было привлечено свыше 90 человек и 28 единиц спецтехники. Точную причину возгорания установят специалисты по результатам пожарно-технической экспертизы.
Прокуратура взяла на контроль установление обстоятельств пожара, а также обеспечение прав погорельцев - в пострадавших домах проживало 10 человек.
Сейчас пожар локализован, угроза распространения огня снята, спасатели проливают здания для полной ликвидации очагов возгорания.
«Ситуация с первых минут находилась на особом контроле у губернатора Дениса Паслера. Глава региона оперативно включился в решение вопроса, что позволило нам в кратчайшие сроки привлечь дополнительные силы и эффективно распределить технику», - рассказала глава Бисертского МО Валентина Суровцева.
Фото: канал Главы Бисертского МО, Валентины Суровцевой
Минтранс сообщил о возобновлении авиаперевозок на южном направлении
Минтранс РФ сообщил о полном возобновлении авиаперевозок на южном направлении.
Управление воздушным движением осуществляется без ограничений пропускной способности и транзита, говорится в сообщении ведомства.
По данным министерства, за 9 мая выполнен 441 рейс, перевезено 63,8 тыс. пассажиров.
Напомним, ранее полеты в аэропорты юга России приостановили из-за попадания БПЛА в административное здание аэронавигации.
Фото: Борис Ярков
Минфин оценил дефицит бюджета России в 2,5% ВВП
Минфин оценил дефицит бюджета России за четыре месяца в 2,5% ВВП. Он составил 5,877 трлн. рублей, что на 2,946 трлн рублей выше, чем за аналогичный период прошлого года.
Как сообщают «Ведомости», в министерстве финансов отметили, что высокие значения дефицита связаны с опережающим финансированием расходов. Объем доходов федерального бюджета за четыре месяца сократился на 4,5% год к году и составил 11,721 трлн. рублей.
Нефтегазовые доходы снизились на 38,3% и составили 2,298 трлн. При этом отмечается положительная динамика в части поступления ключевых ненефтегазовых доходов как федерального бюджета (+10%) и бюджетной системы в целом (+8,8%).
Поступления оборотных налогов, включая НДС, с начала года увеличились на 17,2%.
Фото: Борис Ярков
Путин отметил уральцев государственными наградами
Президент России Владимир Путин отметил уральцев государственными наградами.
За заслуги в профессиональном становлении молодых специалистов и активную наставническую деятельность знаком отличия «За наставничество» награжден завкафедрой Екатеринбургского государственного театрального института Владимир Дворман.
За активную общественную деятельность и вклад в патриотическое воспитание молодежи медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени награжден советник главы Нижнего Тагила Андрей Малинин.
За достигнутые трудовые успехи и многолетнюю добросовестную работу благодарность президента объявлена замруководителя Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области Ларисе Шатуновой.
За активную общественную деятельность благодарность президента объявлена члену совета Свердловского регионального отделения Межрегиональной общественной организации «Союз десантников» Владимиру Горобцу.
В Верхней Пышме открыли архитектурный ансамбль «Город трудовой доблести»
В Верхней Пышме состоялось торжественное открытие архитектурного ансамбля «Город трудовой доблести».
Комплекс находится у центрального входа в парк на Успенском проспекте, а его центральным объектом является 25-метровая стела. В День Победы жители и гости города смогли увидеть завершенный ансамбль.
В основании стелы находятся литые панно, ставшие памятником трудовому подвигу жителей города. Ее фасады украшают уникальные барельефы с архивными фотографиями Пышминского медеэлектролитного завода. На фасадах входной группы парка также изображены цеха Пышминского медеэлектролитного завода и производственные награды.
Кроме того, подножия стелы заложили две памятные плиты, на которых указаны темы 2025 и 2026 годов, объявленные президентом: Год защитника Отечества и Год единства народов России. Новая памятная плита теперь будет закладываться ежегодно.
Фото: ДИП
Град, грозы и сильный ветер ожидаются в Свердловской области
Синоптики предупреждают свердловчане о сильной непогоде.
По данным Уральского Гидрометцентра, вечером 9 мая и в ночь на 10 мая в регионе ожидаются грозы, сильные ливни, а также крупный град и порывы ветра вплоть до 25 м/с.
В связи с неблагоприятными погодными условиями уральцев призвали соблюдать меры предосторожности.
Фото: Борис Ярков
Тысячи уральцев приняли участие в шествии «Бессмертный полк»
Шествие «Бессмертного полка» состоялось в Екатеринбурге.
Губернатор Свердловской области Денис Паслер и полпред президента в УрФО Артем Жога возглавили колонну, а в общей сложности участие в шествии приняли свыше 10 тыс. человек, сообщает департамент информполитики.
«Бессмертный полк» сегодня также прошел в городах трудовой доблести - Каменске-Уральском и Верхней Пышме. Колонны прошли по центральным улицам городов с портретами родных героев.
Напомним, сегодня уральская столица приняла военный парад, посвященный Дню Победы.
Фото: ДИП
В Екатеринбурге прошел военный парад
Уральская столица приняла военный парад, посвященный Дню Победы.
«В годы Великой Отечественной войны Свердловская область вместе со всей страной стояла на защите Родины. Священная Победа добывалась на полях сражений и в трудовом тылу. Опорный край не подвел и в тылу. Средний Урал ковал арсенал победы день и ночь. Значимая часть вооружения в годы войны производилась на предприятиях Свердловской области. И по сей день Урал - это надежная опора страны», - сказал на церемонии губернатор Денис Паслер.
С 9 Мая свердловчан также поздравил полпред президента в УрФО Артем Жога, подчеркнув вклад уральцев в достижение Великой Победы.
Первыми на площадь 1905 года традиционно прибыли ветераны. В Параде Победы в Екатеринбурге приняли участие 19 парадных расчетов. Торжественное шествие открыла рота барабанщиков Екатеринбургского Суворовского военного училища.
По брусчатке прошла колонна военной ретро-техники и ретро-автомобилей, в том числе легендарный танк Т-34 и «Катюша».
После окончания торжественного мероприятия Денис Паслер лично поздравил пришедших на праздник ветеранов и командиров парадных расчетов.
Фото: ДИП
Уральские эксперты рассказали о формировании многополярной архитектуры мирового развития
Западные страны теряют свои лидерские позиции, уступая место новым центрам роста, государствам глобального Юга, при этом формируется многополярная архитектура, где ни одна страна не может развиваться в одиночку. Об этом заявил президент РФ Владимир Путин в видеообращении к участникам и гостям международного форума «Открытый диалог».
По его словам, формируется более сложная, многополярная архитектура мирового развития, в которой большую роль играют государства, понимающие и ценящие важность национального суверенитета в разных сферах, способные сами определять вектор своего развития. При этом устойчивая и справедливая модель глобального развития возможна только в том случае, если она будет основана на принципах равноправия и взаимного уважения, будет учитывать интересы всех стран.
Члены Экспертного клуба Свердловской области рассказали ИА «Повестка дня» согласны ли они с тем, что в мире формируется новая многополярная архитектура международных отношений, а также что необходимо предпринять для укрепления в этих условиях суверенитета России и ее роли в мире.
Заявление президента России Владимира Путина о формировании многополярной архитектуры мира и переходе лидерских позиций от Запада к странам глобального Юга отражает объективные тенденции, наблюдаемые в международных отношениях, считает кандидат филологических наук, доцент УрФУ им. первого Президента России Б.Н. Ельцина, лектор Российского общества «Знание» Мария Плотникова.
«На протяжении последних десятилетий мы являемся свидетелями появления новых влиятельных игроков на мировой арене, перераспределения экономических и политических сил. Рост экономик таких стран, как Китай, Индия, Бразилия, а также активизация сотрудничества с государствами Африки и Латинской Америки, несомненно, свидетельствуют о диверсификации глобальных центров влияния.
Утрата прежних доминирующих позиций некоторыми западными странами обусловлена целым комплексом факторов, включая внутренние экономические и социальные вызовы, а также изменение геополитической конъюнктуры. Санкционная политика, некогда считавшаяся эффективным инструментом, привела к переориентации торговых потоков и ускорению развития альтернативных экономических блоков, что, в свою очередь, способствует укреплению роли новых центров роста.
При этом особую значимость приобретает укрепление суверенитета России. Помимо поддержания военной и экономической мощи, это требует развития собственных технологических компетенций, активного поиска новых образовательных практик и укрепления гуманитарного суверенитета в целом, а также активного участия в формировании новых международных институтов и правовых норм. Ориентация на национальные интересы в сочетании с готовностью к конструктивному диалогу и сотрудничеству с различными акторами глобальной политики становится ключевым фактором для утверждения роли России как ответственного и влиятельного участника мировых процессов в контексте формирования справедливого миропорядка», - сказала эксперт.
По словам директора Центра европейско-азиатских исследований, старшего преподавателя Уральского федерального университета им. Б.Н. Ельцина, лектора Общества «Знание» Андрея Русакова, Россия, как правопреемник Советского Союза, привержена сохранению роли Организации Объединенных Наций, укреплению ее авторитета и влияния.
«Да, это сделать сложно, в сегодняшнем мире много амбиций со стороны разных стран и откровенное игнорирование мнения ООН. Но, тем не менее, Россия, ее политическое руководство придерживается повышения роли авторитета ОООН, как уникальной организации на нашей планете.
Второй момент, это активная работа в интеграционных объединениях различного плана. Это и БРИКС, и ШОС, и Евразийский экономический союз, и ОДКБ и так далее. То есть Россия реализует свои идеи и на этих площадках. И давайте не забывать, что знаковым в этом году является председательство Российской Федерации в Организации Договора о коллективной безопасности ОДКБ, в рамках которого построена задача модернизация данного оборонного блока, повышения роли ее авторитета.
И одна из идей России, которая в этом контексте была озвучена, это создание собственного аналитического центра этой организации. Итоги этой работы мы увидим на саммите высшего уровня ОДКБ во второй половине года. Для России на сегодняшний момент это является знаковым моментом своего председательства в ОДКБ.
При этом не надо забывать и про другие площадки, которые будут работать в этом году. Прежде всего, это открывающийся в этом месяце в Казани Международный экономический форум «Россия - Исламский мир». Это взаимодействие и согласование различного плана, экономических и политических позиций с исламским миром. Ну а вскоре вслед за ним пройдет и Петербургский международный экономический форум», - заключил спикер.
Складывающаяся в мире ситуация действительно свидетельствует о формировании принципиально новой, многополярной архитектуры международных отношений, комментирует аспирант кафедры политических наук департамента политологии и социологии УрФУ Михаил Лихачев.
«Старый однополярный мир, в котором доминировал «коллективный Запад» во главе с США, уходит в прошлое, уступая место более сложной и полицентричной системе. Тем не менее, этот переход носит нелинейный и асинхронный характер, а для укрепления своих позиций в новом миропорядке России необходим комплексный и многовекторный подход.
Тот факт, что мир переходит к многополярности, сегодня признается на самом высоком уровне как в России, так и за рубежом. По итогам 2025 года, который многие эксперты называют переломным, можно с уверенностью говорить о сломе прежней системы. Этот процесс подкрепляется объективными экономическими данными: доля стран G7 в мировом ВВП по паритету покупательной способности за три десятилетия сократилась с половины до трети, в то время как объединение БРИКС, представляющее интересы Глобального Юга, вышло вперед.
На смену однополярной гегемонии приходит система, где сразу несколько крупных игроков формируют региональную и глобальную повестку. Уверенно усиливаются позиции Китая, Индии, Турции, Саудовской Аравии, Бразилии и других стран, которые раньше находились на периферии мировой политики. Россия также заметно укрепляет свои возможности, что ведет к перераспределению глобального влияния.
Ключевую роль в институционализации многополярности играют новые и реформированные международные объединения:
• БРИКС;
• ШОС;
• Африканский союз
• АСЕАН и другие.
Несмотря на очевидные тектонические сдвиги, переход к новой системе нельзя назвать завершенным или линейным. Эксперты отмечают, что многополярность развивается асинхронно: в военно-политической сфере мир уже во многом многополярен, однако в сфере глобальных финансов, передовых технологий и информационного влияния позиции Запада остаются доминирующими.
Более того, наличие военной и экономической мощи еще не делает страну полноценным центром силы - необходима привлекательная идея, проект будущего, вокруг которого будут добровольно объединяться другие государства. Без такой идейной основы мир рискует оказаться в состоянии глобального хаоса.
В этих турбулентных условиях Россия реализует комплексную стратегию, направленную на укрепление своего суверенитета и роли в мире.
Главный урок последних лет - безопасность и суверенитет страны не могут быть обеспечены без опоры на собственные силы в ключевых областях. Как подчеркнул президент Владимир Путин: «Пока мы не заявим себя как самостоятельная, суверенная держава, способная отстаивать свое будущее - с нами считаться не будут». Поэтому исходя из этого необходимо произвести переход от импортозамещения к технологическому лидерству, а именно обеспечить высокую степень независимости в создании технологий, разработок и инженерных решений, освоив выпуск всей критически значимой продукции. Также без мощной сырьевой базы, в том числе редкоземельных металлов, технологическая независимость невозможна, поэтому важно вести работу над решением этой проблемы.
На смену евроатлантическим структурам, доказавшим свою неэффективность в обеспечении равной безопасности для всех, Россия предлагает новые подходы. Для закрепления принципов нового миропорядка Россия и ее союзники переходят от деклараций к созданию нормативной базы. Например, Евразийская хартия многообразия и многополярности в XXI веке: Этот документ, совместно предложенный Россией и Беларусью, призван юридически закрепить принципы многополярного мироустройства, уважения культурного разнообразия и центральной роли ООН.
Важнейшим элементом стратегической автономии является снижение зависимости от западной финансовой инфраструктуры. В рамках БРИКС ведется работа по расширению использования национальных валют в торговле и инвестициях, а также обсуждается возможность создания альтернативных расчетных механизмов, что является важным шагом на пути к финансовой многополярности.
Таким образом, формирование многополярного мира - это не просто геополитический тренд, а свершившийся факт, который, тем не менее, сопряжен с серьезными вызовами и рисками. В этих условиях Россия проводит системную политику, направленную на обеспечение своего суверенитета во всех ключевых сферах - от технологий и ресурсов до финансов и безопасности. Успех этой стратегии будет зависеть от способности не только адаптироваться к меняющейся реальности, но и активно формировать ее, предлагая партнерам не какие-то абстрактные, нереализуемые или гипотетические сценарии, за которыми по сути ничего не стоит, а внятные, справедливые, смысловые и привлекательные принципы нового мироустройства», - поделился мнением эксперт.
Как отметил помощник руководителя Адвокатской конторы №22 «Магнат» Ярослав Колесниченко, тезис о формировании новой, более сложной и многополярной архитектуры международных отношений отражает наблюдаемые в мире тенденции.
«Происходит перераспределение экономического и политического влияния, и на мировую арену выходят новые центры силы, что требует от всех участников глобального диалога большей гибкости и готовности к сотрудничеству.
Основой для независимой внешней политики является сильная и диверсифицированная экономика, способная адаптироваться к внешним вызовам.
Взаимодействие с дружественными государствами на основе принципов взаимного уважения и учета интересов друг друга становится залогом успешного ответа на общие мировые вызовы.
Укрепление технологического и финансового суверенитета позволяет стране проводить самостоятельную политику и снижать зависимость от внешних факторов.
Свердловская область, как один из ведущих промышленных регионов России, вносит свой вклад в реализацию этих задач. Предприятия региона активно развивают торгово-экономические связи с партнёрами из дружественных стран, что способствует укреплению взаимовыгодного сотрудничества. Такое взаимодействие является важным элементом в построении более сбалансированного и справедливого миропорядка», - подчеркнул эксперт.
Справедливый Миропорядок невозможен без активной роли Российской Федерации, уверен арбитражный юрист Лев Высокинский.
«Активная сфера жизни общества - международные отношения, ставят перед собой важные задачи в рамках реализации государственной политики. Государственная власть не может обходиться без сильного позиционирования государственно важных целей на международной арене. На сегодняшний день очевидно, что отдельные вопросы государственной политики являются очень важными для развития международных отношений в целом. Общественная среда, общественные институты, органы правопорядка стремятся реализовывать на практике доктрину государственного развития, которая была сформулирована Президентом РФ В.В. Путиным. Одновременно Россия стремится к утверждению своей особой цивилизационной миссии на мировой арене. Компромисс в развитии цивилизаций - особый путь, который предлагает Российская Федерация сегодня», - сказал спикер.
Как подчеркнул доцент кафедры политических наук УрФУ Руслан Мухаметов, анализ современной динамики международных отношений свидетельствует о формировании новой многополярной архитектуры, что подтверждается рядом эмпирических индикаторов.
«Так, доля стран БРИКС в мировом ВВП по ППС достигла 40%, превысив показатель «Большой семерки», а расширение блока в 2024 г. усилило влияние этих государств на рынках энергоносителей и критических ресурсов. Одновременно растет роль альтернативных институтов координации (ШОС, ЕАЭС), новых механизмов расчетов в национальных валютах. Это указывает на практическое оформление многовекторных связей.
Однако в академической среде этот тезис остается предметом дискуссии, т.к. ряд исследователей, указывая на сохраняющееся военное и технологическое доминирование США, а также на отсутствие эффективных механизмов глобальной координации между новыми центрами силы, характеризуют текущую систему не как устойчивую многополярность, а как переходный этап с элементами биполярного соперничества или даже «аполярной» фрагментации.
В этих условиях укрепление суверенитета России приобретает комплексный, многомерный характер и требует скоординированных действий по нескольким взаимосвязанным направлениям.
Экономический суверенитет предполагает развитие несырьевого экспорта и углубление импортозамещения в критически важных отраслях для снижения уязвимости перед внешними шоками.
Технологический суверенитет требует системных инвестиций в исследования и разработки, создания национальных технологических платформ и подготовки кадров, которые способны обеспечить инновационное развитие в условиях ограниченного доступа к западным технологиям.
Наконец, институциональный суверенитет предполагает активное участие в формировании международных институтов, которые способны обеспечить более справедливое представительство различных регионов мира.
Важно подчеркнуть, что в российской стратегической мысли суверенитет понимается не как автаркия, а как способность государства самостоятельно определять траекторию развития в условиях глобальной взаимозависимости, сохраняя при этом пространство для маневра и диалога.
Региональное измерение внешней политики приобретает в этом контексте особое значение, и Свердловская область демонстрирует один из наиболее активных примеров парадипломатии, выстраивая прагматичное взаимодействие с новыми центрами роста. Регион устойчиво занимает третье место среди субъектов РФ по уровню международного сотрудничества, работая с партнерами из более чем 120 стран, при этом приоритетным направлением становится углубление связей со странами Глобального Юга. Узбекистан, например, входит в десятку ключевых торговых партнеров области (товарооборот вырос в пять раз за последние годы, реализуются совместные проекты в сфере железнодорожного машиностроения, включая поставки электропоездов и тепловозов, а Свердловская область выступала регионом-партнером промышленной выставки в Ташкенте). Динамично развивается сотрудничество с Вьетнамом, где за пятилетний период внешнеторговый оборот увеличился в 1,4 раза, а экспорт свердловской продукции вырос на 13%, что открывает перспективы для кооперации в пищевой промышленности и высоких технологиях. Индонезия, ставшая страной-партнером выставки ИННОПРОМ-2026, символизирует растущий интерес региона к странам АСЕАН, а участие в ИННОПРОМ-2025 представителей более 50 государств, включая страны Ближнего Востока, Африки и Юго-Восточной Азии, подтверждает способность региональной площадки выступать инструментом экономической дипломатии.
Таким образом, наблюдаемые процессы на глобальном, национальном и региональном уровнях свидетельствуют о формировании новой конфигурации международных отношений, где многополярность становится не просто описательной категорией, а практическим ориентиром для выстраивания внешней стратегии. Для России это означает необходимость балансирования между защитой суверенитета и открытостью к диалогу. Опыт Свердловской области показывает, что региональная парадипломатия способна эффективно дополнять федеральную внешнюю политику, конкретизируя ее через отраслевую кооперацию, инвестиционные проекты и гуманитарные инициативы.
С теоретической точки зрения это подтверждает гипотезу о переходе к многополярности, где различные цивилизационные проекты сосуществуют в условиях конкурентного взаимодействия, а успех внешней стратегии зависит от способности интегрировать экономические, технологические и ценностные аспекты в единую логику национального развития», - комментирует Руслан Мухаметов.
Эксперт Фонда развития гражданского общества, представитель в УрФО, член Совета Свердловского областного отделения Русского географического общества Сергей Новопашин подчеркнул, что в мире действительно формируется новая многополярная архитектура международных отношений.
«По словам президента РФ Владимира Путина, государства глобального Юга становятся важными участниками этой новой системы, которая строится на принципах равноправия, взаимного уважения и учёта интересов всех стран. Прежние нормы и правила международных отношений, установленные западными странами, постепенно утрачивают свою силу, уступая место новым центрам роста и влияния
Укрепление суверенитета и роли России
Для укрепления суверенитета России и повышения её роли в мире эксперты и официальные лица выделяют несколько ключевых направлений:
Россия должна сохранять и развивать мощные вооружённые силы, а также укреплять экономику, чтобы быть независимой от внешних давлений и угроз.
Важно оставаться в поле диалога, искать союзников и партнёров, продвигать собственные инициативы на мировой арене.
Подготовка квалифицированных кадров, развитие науки, технологий и промышленности, особенно в стратегически важных регионах, таких как Сибирь и Урал.
Взаимодействие со странами глобального Юга, которые становятся новыми драйверами мировой экономики и политики
Свердловская область, как и другие регионы России, активно развивает сотрудничество с новыми центрами роста - странами глобального Юга. В регионе реализуются проекты по подготовке специалистов для аграрного и промышленного секторов, расширяются образовательные и культурные обмены. Особое внимание уделяется:
Образовательным программам для студентов из стран Африки и Азии.
Совместным научным и технологическим проектам.
Расширению торгово-экономических связей и запуску новых инвестиционных программ.
В целом, Свердловская область становится площадкой для реализации совместных инициатив с государствами глобального Юга, что способствует укреплению позиций России в формирующемся многополярном мире», - отметил Сергей Новопашин.
По словам Доктора философских наук, руководителя Экспертного Клуба Свердловской области, Директора Института системных политических исследований и гуманитарных проектов, профессора кафедры политических наук департамента политологии и социологии УрФУ Анатолия Гагарина, буквально на наших глазах формируется более сложная, многополярная архитектура мирового развития, причем эта картина меняется очень быстро.
«Формирование многополярной архитектуры - сложный и многогранный процесс, который требует учета различных факторов и может сопровождаться как новыми возможностями, так и новыми вызовами.
В последнее время появились влиятельные центры влияния - помимо «старых» полюсов (США, Россия), усилились другие страны - Китай, Индию, Турцию, Иран и другие, значимую роль стали играть объединения вроде БРИКС и ШОС.
На формирование многополярности влияют следующие факторы: ослабление лидерских позиций США и их союзников; рост потенциала незападных центров силы; неудачи однополярной модели, которая не учитывала интересы многих стран; развитие технологий, глобализация и другие социально-экономические процессы, усиливающие взаимодействие между экономиками и расширяющие миграционные процессы.
Следует отметить регионализацию военно-политических вопросов - новые центры силы (государства, региональные объединения) стремятся проводить самостоятельную политику, уменьшая зависимость от внешних игроков. Это происходит по причине утраты гегемонии традиционных глобальных лидеров (например, США), сокращения возможности влиять на международные процессы. Новые центры силы - Китай, Индия, Турция, Иран и другие страны наращивают военно-политический и экономический потенциал, что позволяет им формировать региональные полюса влияния. Регионализация выступает как ответ на эти вызовы, позволяя странам объединяться для защиты интересов, совместного решения проблем безопасности и противодействия внешнему давлению.
Регионами с выраженной регионализацией военно-политических процессов являются:
- Евразия, где формируются полюса влияния вокруг России, Китая, Индии, ЕС, а также действуют культурно-цивилизационные центры (арабский, турецкий, иранский);
- Ближний Восток, где Турция, Иран и другие страны активно влияют на региональные конфликты (Сирия, Йемен);
- Азиатско-Тихоокеанский регион, где Китай укрепляет своё влияние, что вызывает реакцию со стороны США и их союзников.
Регионализация военно-политических вопросов - динамичный процесс, отражающий трансформацию мирового порядка и создающий как новые возможности для управления безопасностью на локальном уровне, так и риски, связанные с ростом региональной конкуренции и потенциальной фрагментацией глобальной системы.
К рискам развития регионализации следует отнести локализацию напряженности в отдельных регионах и рост числа региональных конфликтов; усиление конкуренции между региональными центрами силы, что может приводить к дисбалансу и противостоянию между ними. А также - риск фрагментации мировой системы безопасности, если региональные механизмы начнут противоречить друг другу или глобальным институтам (например, ООН); неравномерность процессов регионализации в разных макрорегионах; усиления авторитарных тенденций в региональных блоках.
В формирующейся архитектуре усиливается акцент на национальном суверенитете и всё большую роль играют государства, которые ценят важность национального суверенитета в политической, экономической, культурной и общественной сферах и могут самостоятельно определять вектор своего развития, опираясь на собственные ценности, ресурсы и приоритеты.
Между тем, сама по себе многополярность не является гарантией мира и гармонии. Мы видим, что прежние модели многополярного устройства не предотвратили крупнейших военных конфликтов, в том числе обеих мировых войн. Нарастание напряженности в мире возможно при любой глобальной конфигурации.
По мнению президента России Владимира Путина, новая модель глобального развития будет устойчивой и справедливой, если она будет основана на принципах равноправия, взаимного уважения и будет учитывать интересы всех стран.
Для создания новой модели глобального развития необходимо несколько оснований:
- Выстраивание доверия и сотрудничества между разными центрами влияния,
- Новая система институционального регулирования, поскольку ныне существующие международные институты (ООН, МВФ, ВТО и др.) были созданы в условиях однополярного или биполярного мира и не всегда адаптированы к многополярности.
- Требуется реформирование этих институтов или создание новых, которые бы учитывали интересы всех центров влияния и при этом установили единые стандарты.
- Создание альтернативных финансовых механизмов (например, в рамках БРИКС), формирование консенсуса по поводу единой валюты.
- Межцивилизационное, межкультурное и межконфессиональное взаимодействие как ключевой фактор международных отношений.
- Укрепление международной безопасности для усиления своей деятельности.
- Учет таких проблем, как изменение климата, продовольственная безопасность, миграционные кризисы, пандемии в условиях конкуренции между центрами влияния.
Преодоление этих вызовов требует гибких механизмов диалога, готовности к компромиссам и развития новых форматов международного сотрудничества, основанных на принципах равноправия и учета интересов всех участников системы», - подчеркнул Анатолий Гагарин.
По теме:
Россия способствует созданию более справедливого миропорядка
Фото: Борис Ярков
Полеты в аэропорты юга России приостановили до 12 мая
Полеты в аэропорты юга России приостановлены до 12 мая.
Как сообщили в Росавиации, воздушные гавани приостановили работу из-за попадания БПЛА в административное здание аэронавигации.
«Работа регионального центра в Ростове-на-Дону, управляющего воздушным движением на Юге России, временно скорректирована из-за попадания украинских БПЛА в административное здание филиала «Аэронавигация Юга России». Персонал находится в безопасности, идет анализ работоспособности оборудования», - говорится в сообщении.
Ограничения введены в Астрахани, Владикавказе, Волгограде, Геленджике, Грозном, Краснодаре, Махачкале, Магасе, Минеральных Водах, Нальчике, Сочи, Ставрополе, Элисте.
Ограничения затронут и транзитные рейсы маршруты которых проходят через указанный регион. При этом отмечается, что срок ограничений может быть сокращен.
Фото: Борис Ярков