Председатель правления Фонда развития гражданского общества (ФоРГО) Константин Костин в интервью «БИЗНЕС Online» рассказал о возможных сюрпризах на съезде партии «Единая Россия», о ее рейтинге, а также о думской кампании в условиях антиковидных ограничений. Приводим фрагменты интервью.

- 19 июня состоится съезд ЕР. Стоит ли ждать каких-то сюрпризов на съезде?

– Любая неожиданность - это как чёрный лебедь. После того как она случилась, уже через 10 минут кажется логичной, оправданной и закономерной. Я думаю, что ровно также  произойдёт и на съезде «Единой России». Если мы говорим о верхней части списка партии. Потому что Дмитрий Анатольевич [Медведев] в своем интервью совершенно справедливо сказал, что «Единая Россия» всегда принимает решение оптимальное с точки зрения электоральный ситуации.

– Но сейчас электоральная ситуация не самая лучшая.

– Но она и не самая худшая. Рейтинг «Единой России» превышает совокупный рейтинг других парламентских партий. Причём, мы это говорим до активной фазы избирательной кампании. Я всегда подчеркиваю, что не надо смотреть на тот рейтинг, который существует в межвыборный период, потому что в этот период только базовый электорат положительно отвечает на вопрос, проголосует ли он за партию. Давайте не будем забывать, что помимо этих 30 процентов есть ещё 17 процентов граждан, которые отвечают, что готовы при тех или иных обстоятельствах проголосовать за «Единую Россию». Да, это ситуативная поддержка, привлечение этих ситуативных избирателей, создание оснований для их присоединения и поддержки «Единой России» и является одной из главных задач кампаний. У любой избирательной кампании две цели - это цементирование и мобилизация базового электората и создание оснований для присоединения ситуативного. Я не думаю, что будет автоматическое сложение 30 плюс 17 процентов, но, тем не менее, для того, чтобы говорить о некоем диапазоне возможного результата, вполне можно ориентироваться на эти цифры.

– Вы, кстати, предсказывали, что рейтинг «Единой России» начнёт раст где-то в конце июня - начале июля.

– Я как раз говорил, что может быть либо W, либо V. То есть после начала кампании рейтинг партии может ситуативно «просесть». Поскольку неизбежно будет реализован сценарий «все против «Единой России». И КПРФ, и ЛДПР, и не парламентские партии, конечно, в своей публичной риторике (и перед съездами, и во время, и после) будут использовать критику ЕР, так как это партия власти. Кого же еще критиковать? Не будут же парламентские партии критиковать не парламентские. Естественно, как сказал один мой коллега, гуртом и батьку бить веселее. Поэтому этот сценарий будет неизбежен. Но потом начнется активная фаза кампании, работа с избирателями в округах, и после этого рейтинг «Единой России» восстановится и вырастет. Я говорил о диапазоне возможного результата единой России в зоне 40-45 процентов. Исходя из тех цифр, который я вам только что озвучил.

- Из этого следует, что вас, как одного из главных политтехнологов ЕР, не беспокоит нынешний рейтинг партии, который колеблется в районе 30 процентов. Несмотря на то, что это самые низкие электоральные показатели за последние 15 лет.

- Я считаю, что сейчас надо беспокоиться о качестве кампании. Потому что именно от качества кампании зависит итоговый результат. Из чего он будет складываться, я вам на самом деле уже рассказал. Сейчас надо беспокоиться об этом. Об оптимальной конструкция избирательных списков и об эффективности кампании. И особенно о том, как пройдёт активная фаза кампании с 10 августа по 18 сентября. Понятно, что наибольшее значение для того, чтобы люди, которые сейчас пока на вопросы социологов отвечают, что точно пойдут на выборы, но не знают, за кого проголосует, определились, будет этот период. Он будет решающим для их волеизъявления. Именно распределение ситуативного электората между партиями и определит итоговые показатели.

- То есть задача взять 300 мандатов вполне решаемая?

- Эта задача решаемая, но, помимо показателя поддержки по списку, важны победы в одномандатных округах, где важно побеждать кандидатам от партии власти. Судьба этих выборов в значительной степени решится в одномандатных округах. Чтобы получить конституционное большинство, «Единой России» необходимо получить примерно 175-185 мандатов из 250 одномандатных округов. В зависимости от того, сколько партий преодолеет 5-процентный барьер и какой в совокупности будет результат всех партий, которые его преодолеют. Тут в дело вступает специальная сложная арифметика, в соответствии с которой распределяются места по спискам. В целом же без убедительного результата в одномандатных округах сложно говорить о конституционном большинстве.

– Кого бы вы отметили из ярких новичков?

– Здесь в первую очередь я бы назвал победителей кадровых проектов, как партийного «ПолитСтартапа», так и проходивших в рамках АНО «Россия – страна возможностей»: Татьяна Буцкая из Москвы, Александр Спиридонов, инженер Севмаша, который выиграл праймериз у действующего депутата, Леонид Пронин (Чувашия), Наталья Каптелинина (Красноярск), Константин Черкасов (Тамбов), Михаил Иванов (Хабаровск) и многие другие.

В целом, состав кандидатов от Единой России обновится почти наполовину.

– В этом политическом сезоне «Единая Россия» создала условия для непартийных кандидатов, общественников, волонтеров. Это произошло после встречи активистов с Владимиром Путиным и обращения президента к партии. Более половины федерального оргкомитета по организации предварительного голосования заняли представители гражданского общества. Во многих регионах в оргкомитетах также были не партийные функционеры, а общественные деятели. И это вызвало большой интерес и доверие. Кстати, многие из беспартийных победителей не могут до конца поверить, что эта система сработала, что они пришли и выиграли у опытного политика. ЕР - единственная партия, которая занимается такой работой, и она поставила ее на системную основу. ЕР - единственная партия, у которой правило ротации закреплено в уставных документах. Сейчас предварительное голосование и его правила, то есть принципы формирования оргкомитетов, можно назвать новым этапом, потому что в избирательные списки не партийных кандидатов войдет больше.

– Это тактика может сработать на получение нужного результата?

– Да. Но в любом случае, когда партия открыта, когда в нее приходят новые люди… Смотрите, в электоральных процессах принципы политического представительства имеют все большее значение. Когда мы говорим про мотивацию к голосованию, люди всё-таки смотрят на депутатов. Они на них всегда по-разному смотрели. Здесь тоже происходила эволюция. Одно время избиратели смотрели на депутатов как на крепких хозяйственников, потом смотрели как на лоббистов территорий, на скорую помощь и палочку-выручалочку в решении насущных проблем. А сейчас людям нужен свой представитель, который знает наши проблемы, говорит о них, и, более того, добивается их решение и на федеральном, и на региональном уровне. То есть идея представительства, на мой взгляд, является ключевой для электорального поведения наших граждан. И ровно эта модель будет определять мотивацию: за кого голосовать, за кого не голосовать. В первую очередь. Понятно, что будет ещё много чего. Современный человек очень сложно устроен, у него очень много идентичностей, много мотиваций, которые связаны с идентичностями. Соответственно, те кандидаты, которые будут наилучшими представителями и сумеют сделать максимально точное и конкретное электоральное предложение для большого количества социальных групп, и будут выигрывать. Конечно, где-то будут и старые модели работать, типа «крепкий хозяйственник» или «наш парень-земляк». Все модели будут работать. Но мне кажется, что большинство хороших результатов будет именно по итогам успешной реализации модели политического представительства.

– А чтобы вы ответили на критику некоторых ваших коллег по поводу того, что ограниченны возможности несистемщиков участвовать в выборах?

- Я уже ответил на этот вопрос.

– Тем не менее можно более конкретно.

– Эти правила действуют не только для несистемщиков. Законы принимаются не на один год. Помните я вам говорил, все современные государства стремятся обеспечивать суверенитет. В том числе в ходе электоральных процессов, защищая их от любых возможностей внешнего влияния.

– А системные оппозиционеры либо слишком слабые, либо так или иначе играют по определенным правилам.

- Во всех развитых государствах участники выборов играют по определенным правилам. Адекватность партийной системы проверяется в значительной степени показателями явки.

В США представители полсотни существующих, но не представленных в Конгрессе партий постоянно упрекают демократов и республиканцев в сговоре и схожести позиций. Ну и что?

Я думаю, они будут находиться в диапазоне предыдущих выборов в Госдуму в 2016 году. Тогда проголосовало 48 процентов. В 2021 году итоговая явка составит примерно столько же, плюс-минус несколько процентов.

– А ваш коллега Виноградов говорит, что и сами выборы мало кого интересуют.

– Это пока выборы мало кого интересуют, а 19 сентября на них придёт половина избирателей России. А если мы посмотрим на то, что говорил Михаил, то он говорил про сегодняшнюю ситуацию. Да, сейчас выборы в основном для политиков, для экспертов, для политтехнологов, для медийщиков. Потому что люди заметят эти выборы только в период активной фазы. А до этого они будут смотреть, что к ним кто-то пришел, им принесли какие-то агитационные материалы, с ними кто-то поговорил. А вот когда начнется активная фаза кампании, когда появится политическая реклама уже в виде агитационных роликов, когда начнутся предвыборные дебаты, когда партии сделают работу своих агитационных машин максимально активной. Тогда люди заметят выборы и начнут определяться.

- Думаете, будет интересно?

- Я думаю, будет интересно. У нас навскидку есть несколько интриг этой кампании.

- Например?

- Например, добежит ли кто-то из внепарламентских партий и новичков. Допустим, «Новые люди». Дальше - как новый конгломерат, который появился в результате объединения трех партий на базе «Справедливой России», изменит конфигурацию сил среди парламентских партий. Обгонят ли они, например, ЛДПР или нет? Какая партия станет второй, учитывая тот кризис, который мы сейчас наблюдаем в КПРФ? Сумеет ли «Яблоко» набрать более 5-ти или 3-х процентов. Мне кажется, тут точно будет, за чем последить и экспертам, и гражданам. Для граждан вопрос очень конкретный. Поэтому здесь вопрос еще и конкуренции программ и кто точнее попадет в запрос избирателей.

- Чего конкретно сегодня ждут избиратели от партии власти, или, как ее называет Дмитрий Медведев, правящей партии?

- Я могу зачитать данные соцопросов. Пятерка проблемных полей не меняется. От различных конкурирующих политических сил будут звучать примерно одни и те же предложения. Правила-то у всех одинаковые и проблемные поля видят все. Парламентские партии, у которых есть опытные политики и политтехнологи, это все понимают. Выиграют те, кто наиболее точно попадут в запросы избирателей.

- Недавно в партии было объявлено о разработке предвыборной программы с опорой на мнение регионов, в которую войдут предложения губернаторов - участников ПМЭФ. Насколько это серьезный ход, если учесть, что многим регионам проблематично попасть в федеральную повестку, если только там не случится чего-то экстраординарного?

- Одно из направлений программы – это как раз инфраструктурное развитие территорий. Здесь уточнение приоритетов будет идти совместно с регионами. Я бы даже сказал не только с политическими и экономическим элитами, но и с гражданами. «Единая Россия» анонсировала же, что предвыборный съезд пройдёт в два этапа. 19 июня программа будет принята в основном, а дальше она будет корректироваться до августа. И только в августе состоится второй этап съезда, на котором программу примут окончательно. И все это время она будет дорабатываться и уточняться с регионами.

- В СМИ появлялась разная информация относительно того, возглавит или нет Дмитрий Медведев федеральный список. Понятно, что до съезда говорить об этом рано. Но журналисты и эксперты все равно строят предположения,  будет ли один Медведев, кто будет с ним в списке. Среди возможных кандидатур называют Шойгу, Лаврова, Володина, Матвиенко, Владимира Васильева, Андрея Турчака. А действительно прорабатывался ли вариант неучастия председателя партии в избирательном списке?

- Сам Дмитрий Медведев в своем интервью «Коммерсанту» сказал, что «Единая Россия» примет оптимальное решение, исходя из политической ситуации. Выборы есть выборы, политическая конъюнктура может меняться, и партия должна исходить из электоральных задач. Причем, «Единая Россия» – единственная партия, которая может позволить вести себя таким образом при определении верхней части как федерального списка, так и региональных групп.

– А на ваш взгляд, должны ли быть в списках тяжеловесы?

– В любом случае во главе списка должны быть политики, которые добавят партия популярности.

– То есть все политики которых перечисляют, имеют право на существование в этих списках?

– Я больше комментировать ничего не могу.

- Региональные списки, как правило, будут возглавлять главы субъектов. Понятно, что они не перейдут на работу в парламент, а выполнят роль старых добрых паровозов. Насколько сегодня эффективна такая тактика?

- Зависит опять же от конкретной ситуации, если у глав регионов высокий рейтинг, если они недавно прошли выборы и получили высокий уровень поддержки жителей, то такая логика имеет право на существование.

– По каким еще критериям отбираются "паровозы"? Есть ли какой-то конкретный перечень?

– Ещё отношение и причастность к партии. Члены других партий не могут возглавлять списки «Единой России».

– Почему было принято решение о создании региональных мегагрупп, в которые будут входить несколько субъектов? Например, на Дальнем Востоке планируется объединить девять из одиннадцати регионов, которые поведет на выборы, по данным СМИ, Юрий Трутнев.

- Здесь простая арифметика. Цена одного мандата – чуть более 200 тысяч голосов. «Единая Россия» при проектировании своего избирательного списка руководствуются логикой не просто получения результата максимально высокого, но и максимально эффективного его оформления. В соответствии с существующими правилами и требованиями. А также максимального стимулирования регионов для работы в компании.

– То есть это не связано с тем, что просто не хватает популярных лидеров?

– Слушайте, здесь вопрос рейтингов лидеров. Предвыборная борьба – вещь жёсткая и предельно конкретная. Строго говоря, не до пиететов. Если партия хочет получить хороший результат, она должна в первую очередь руководствоваться электоральной логикой. Если есть политики, чей рейтинг способен добавить голосов не на одной территории, а на нескольких, то, соответственно, может принято и такое решение.

- Также были сообщения в СМИ, что в ряде округов, где хорошие позиции у представителей других партий, единороссы не будут стараться переиграть их, во что бы то ни стало. Почему тогда принято решение все равно выставлять кандидатуры от ЕР? Не проще ли было вообще не участвовать в договорных округах, как это было на предыдущих выборах?

- Такое было один раз, в 2016-м году, и в общем на примере Хабаровского края мы видим, что эта практика чревата долгосрочными негативными последствиями.

- То есть  хабаровская ситуация тоже учитывалась?

– Естественно, партия должна делать выводы не только из своих побед, но и из своих неудач. Поэтому, конечно, кандидаты от партии должны присутствовать во всех одномандатных округах. Даже там, где более предпочтительные позиции у представителей других партий. В этом нет ничего плохого, потому что людям в этом же округе надо голосовать не только за конкретного одномандатника, но и за список партии. А если не будет присутствовать представитель партии на этой территории, то тогда получается, что вся она отдается конкурентам. Не только в разрезе одномандатного округа, но и в разрезе голосования за список. Мне очень сложно представить, что в конкретном округе один и тот же избиратель проголосует за кандидата-одномандатника от КПРФ или ЛДПР, но поддержит список «Единой России».

- Дмитрий Медведев в интервью Ъ заявил, что у партии есть все шансы нарастить поддержку в период избирательной кампании без фальсификаций. Но многие избиратели в это просто не верят, и конкретны обвиняют.

- Давайте разделим избирателей и конкурентов. Конкуренты будут обвинять всегда. Это как в спорте. Те, кто пришел вторым или третьем считают, что победитель точно что-то нарушил. И так практически всегда.

– Вы уже говорили, что одна из интриг кампании - сколько партий будет в новой Госдуме.

– Кстати, сейчас в связи со взрывным ростом заболевших, как сказал мэр Москвы Сергей Собянин, и возможными локдаунами, ситуация ещё более драматична. Если мы посмотрим, сколько длилась третья волна в Азии, в Европе, то, очевидно, вырисовывается такая схема: четыре недели рост, две недели плато и, если меры карантинные оказались эффективными, начинается спад. Если мы наложим эту схему на наш политический календарь, то получается, что июль и половину августа партии будут большую часть своей работы вести в сети интернет. То есть удалённо. То есть никаких прямых контактов, никаких встречи с избирателями проводить будет нельзя. Возможность для такой работы вернется во второй половине августа в лучшем случае. А она и без того будет перенасыщена выборной повесткой, потому что начинаются дебаты, трансляция политической рекламы. И тем, кто работает на земле, кто осуществляет работу от двери к двери, обеспечивает встречи с избирателями, придётся работать день за три. То есть за день в августе и ещё за те два месяца, которые будут для этой работы упущены. И здесь очевидно, что большие политические машины, парламентские партии, будут иметь естественное преимущество. Просто в силу того, что у них есть достаточно разветвлённые региональные инфраструктуры, и они могут лучше подготовиться к этому периоду, сконцентрировать силы, ресурсы и действительно попытаться полностью восполнить упущенное для полевой работы время. Новичкам в такой ситуации точно будет сложнее. Но тем не менее интернет в июле и первую половину августа становится главным инструментом агитации и работы с избирателями.

- Но ведь не только новичкам, и парламентским партиям будет сложнее?

– Не только непарламентским новичкам, и парламентским партиям будет сложнее, потому что региональная часть списков в значительной степени формируется, если партия успешно или по крайней мере результативно выступает на региональных выборах. Не от региона к региону периодически, а всегда имеет какой-то результат. Где-то получше, где-то похуже, но тем не менее имеет региональные отделения и представлена в заксобраниях и муниципалитетах каждого субъекта. Этим может похвастаться только парламентская «четверка». Не просто формально зарегистрировать отделения, а иметь политиков региональных, за которых люди проголосовали как за своих политических представителей на региональном или муниципальном уровне. Во время свехнагруженной полевой кампании в последние 4 недели активной фазы, конечно, естественное преимущество у парламентской «четверки», а новичкам, еще раз повторю будет гораздо сложнее. Но это вовсе не означает, что они не придумают каких-то ярких креативных ходов в июле.

- Кстати, как решается вопрос со съездом, с учетом объявленного локдауна в Москве?

- Начало этой волны создает трудности для проведения съездов всем участникам выборов. И все будут как-то решать эти проблемы. Нужны будут особые подходы, чтобы решить задачи по выдвижению списков кандидатов. По нашему законодательству, это можно сделать только в очном режиме тайным голосованием. При этом избежать репутационных издержек и критики за пренебрежение правилами безопасности или ограничительными мерами. Здесь есть мировой опыт. Я выпускал несколько докладов под названием «Политический коронавирус». Как раз исследовал вместе с коллегами, как вели себя партии, если их выборные кампании совпадали с локаутами или какими-то карантинными ограничениями. Вывод один - попытка, когда есть действительно серьезные проблемы, вести себя так, как будто ничего не происходит, практически для всех политиков в разных странах, заканчиваясь неудачей.

- Но съезд ЕР все равно состоится?

- Съезд состоится. Вопрос в том, как его провести.

- Можно ли сказать, что новая Госдума будет Думой большого транзита?

 - Я бы не говорил, что это будет Дума большого транзита. Да, конечно, на период полномочий следующей Государственный Думы приходится 2024 год, год главных выборов страны. Но мне кажется, те задачи, которые предстоит решить, определят характер этой Думы и то, каким мы ее запомним и будем вспоминать через 15-20 лет. Это и преодоление негативных последствий пандемии, и реализация масштабных национальных проектов, и все, что касается развития страны. Тут огромное количество вопросов. И ровно это определит лицо новой Думы и то, какую память оставит о себе новый созыв. На уходящую Думу тоже пришлись выборы президента. Но мы все-таки вспоминаем ее не в связи с этим.

Также см.: Фонд развития гражданского общества