В ситуации с Ливией бывший госсекретарь США Хиллари Клинтон показала себя как политика, поспешно прибегающего к военной силе, не задумываясь о последствиях. Ее мнение стало решающим, подтолкнув администрацию Обамы к войне, но при этом у Клинтон не было определенного плана того, как будет происходить урегулирование в Ливии после свержения Каддафи, пишет автор New York Times в заглавной статье номера в воскресенье.

Федеральное агентство новостей представляет статью Элизабет Херд «Хиллари Клинтон может втянуть США в новую войну на Ближнем Востоке».

Ливия была не первой страной на Ближнем Востоке, где госпожа госсекретарь прибегла к военным силам США, не обдумав заранее возможные последствия: Клинтон голосовала за вторжение в Ирак в 2003 году. Она неоднократно продемонстрировала, что не извлекла уроков из Ирака и до сих пор не признала поражения в Ливии.

Чтобы претендовать на то, что ее внешняя политика будет ответственной и прогрессивной, Клинтон сначала должна признать поражение в Ливии и извлечь из этого уроки. 

Первый урок, который следует извлечь из войны в Ливии – это то, что военная операция не является политическим решением.

Второй – признать пределы возможностей США по перекраиванию мира в своих интересах. Как пишет автор статьи в New York Times: «Глубокая вера мисс Клинтон в мощь Америки, которая служит добру во всем мире, оказалась на мели в стране, живущей по законам племенного общества, без функционирующего государства, полной враждующих между собой группировок и впечатляющего количества оружия».

В Ливии отсутствие прогнозирования привело к разрушению действующей государственной власти и инфраструктуры, не оставив камня на камне.

Согласно докладу 2014 года корпорации RAND, международная стратегия по стабилизации постконфликтного состояния отличалась от той, которой придерживался НАТО в прежних своих военных интервенциях, одним важным моментом – после войны не было развернуто никаких миротворческих или стабилизационных сил  – хотя многие страны, включая США, отправили дипломатов, чтобы поддержать процесс перехода от войны к мирному состоянию, в основном ливийцев оставили на произвол судьбы. С тех пор в стране нет порядка и царит жестокость.

Неудивительно, что в Ливии так и не сформировалось действующее правительство. На сегодняшний день, по данным ООН, 40% населения Ливии нуждается в гуманитарной помощи. В стране все более распространяются такие явления, как дети-солдаты, насилие в отношении беженцев, беззаконие и убийства.

Третий урок заключается в том, что лица, принимающие внешнеполитические решения, должны думать, прежде чем действовать. Это предполагает точную оценку возможных последствий использования американской армии в свержении лидеров других стран. «Кто может разрушить, тот и владеет», — сказал когда-то Колин Пауэлл об Ираке.

Клинтон, заранее не предусмотревшая возможные варианты развития событий в стране после Каддафи, в этом сильно отличается от вице-президента Джо Байдена с его трезвой оценкой ситуации. По данным Times, Энтони Блинкен, в то время занимавший должность советника по национальной безопасности Байдена и в настоящее время являющийся заместителем госсекретаря, заявил, что вице-президента интересовало, что будет «не на следующий день, но через десяток лет».

Опасения Байдена оправдались: в течение нескольких недель и месяцев после смерти Каддафи Ливия погрузилась в насилие и хаос. Ситуация стала только хуже, поскольку гражданская война между конкурирующими группировками, направляемыми внешними интересами, стремительно развивалась в условиях вакуума власти, который образовался после смерти Каддафи.

В этой ситуации «Исламское государство» (организация запрещена в РФ) и его местным последователям, которым больше некуда было бежать, нашло себе благоприятную почву. После того как США не смогли предотвратить это, огромный арсенал Каддафи попал в руки «Исламского государства» и других группировок от Мали до Сирии, распространившись далее по региону. По словам экс-министра обороны Роберта Гейтса, по крайней мере, один большой арсенал «исчез где-то в регионе Ближнего Востока и Северной Африки».

Клинтон долго праздновала триумф («мы пришли, мы увидели, он умер», – как рассказывают, заявила она, посмотрев видео с жестокой смертью Каддафи), но недолго думала о последствиях этого для Америки и всех остальных.

Публично критикуя Джорджа Буша-младшего за неспособность реализовать план послевоенного перехода в Ираке, она должна была предугадать последствия. Возможно, она их понимала. В недавнем интервью на канале CNN с Крисом Куомо Клинтон уклонилась от ответа на вопрос о том, почему, когда США пришли в Ливию, она не смогла применить опыт Ирака, свидетельствовавший о том, что необходимо более дальновидное планирование послевоенного урегулирования.

Американский президент обладает значительными полномочиями в области внешней политики. Решения Хиллари Клинтон соответствовали провальной внешней политике администрации Джорджа Буша, которая повторяла разрушительную политику Дика Чейни и Пола Вулфовица по принципу «бомба-вторжение-свержение».

Это объясняет, почему такие неоконсерваторы, как Роберт Каган, поддержали Клинтон. Как Каган заявил The Washington Post, «для меня, как для бывшего республиканца, поддержка Хиллари Клинтон является единственным вариантом».

Возможно, в дальнейшем Хиллари и ее советники захотят ударить по Сирии, но американским избирателям не мешало бы обратить внимание на неудачи политики и анархию в Ираке и Ливии. Им следовало хорошо подумать — стоит ли давать добро на очередной виток спонсируемого США насилия во имя свободы на Ближнем Востоке.

От ливийского студента поступил вопрос, на который Клинтон должна дать ответ: «Мы знаем, что США хорошо умеют бомбить. А еще что-нибудь вы умеете?».