Югра, как один из стратегически значимых и ресурсно-богатых  регионов России, волею Истории был предназначен привлекать на свою территорию выходцев из других регионов, республик (во времена СССР) и стран ближнего зарубежья (с 1990-х гг.).

Если в 1960-80-х сюда приезжали кто «за длинным рублем», кто за «романтикой дальних дорог» и «поднимать Север», то после распада СССР Югра стала привлекать тех, кто бежал от бедности, в которой значительная их часть пребывала на прежнем месте жительства. Процесс идет до сих пор, и период формирования населения Югры за счет мигрантов, начавшийся с 1979 г., продолжается.

Вторая, современная волна мигрантов отличается от предыдущей, ставя мотивом миграции не только высокооплачиваемую, но и интересную работу. В эту волну, как показали результаты Переписи населения 2010 г., значительными темпами (за период между 2002–2010 гг. в среднем в два раза) шло увеличение доли прибывших мигрантов из стран нового зарубежья: киргизов, узбеков, таджиков. Если же учесть то обстоятельство, что согласно переписи из 6,7 % жителей Югры, не указавших свою национальность, большинство является нелегальными мигрантами из стран нового зарубежья, то удельный вес зарубежных мигрантов в округе будет еще более значительным. Одновременно росла доля выходцев из Северного Кавказа.

Попытка «поиска лучшей жизни» в определённой мере удалась, но далеко не всем мигрантам, тем более – в ожидаемой мере. Тем не менее, как показали результаты социологического исследования 2014 года и последующие, за прошедшие более чем 10 лет вместе с положительными изменениями в условиях жизни в целом по стране и по округу в частности, улучшились условия жизни и у мигрантов. Доли лиц, довольных своей работой, уровнем доходов и жилищными условиями значительно выросли и к настоящему времени превышают доли лиц, недовольных таковыми. Однако это не значит, что все проблемы решены.

Прежде всего, это касается существенных различий в степени, интенсивности роста удовлетворенности в условиях жизни между различными группами мигрантов и между мигрантами и постоянным (в том числе коренным) населением Югры.

Не последнюю роль в отличиях уровней и условий жизни «новых югорчан» играют и различия мазхабов (толкований /школ шариатского права в исламе) в среде мусульман – выходцев с Урала, Поволжья, Кавказа и Средней Азии. К настоящему времени среди мусульман-суннитов распространение имеют четыре мазхаба: ханафиты, маликиты, шафииты и ханбалиты (у шиитов – один мазхаб). У чеченцов (нохчи) ислам суфийского (эзотерического) толка, представленный в основном двумя тарикатами (братствами): накшбандия и кадирия.

Традиционно основную часть, как членов мусульманских общин, так и руководителей мусульманских религиозных организаций составляли поволжские мусульмане (татары и башкиры), являющиеся представителями довольно умеренного суннитского ханафитского мазхаба. Однако начиная с конца 80-х гг. XX в. ситуация стала серьёзно и достаточно быстро меняться, и сегодня резко выросла доля кавказских и закавказских мазхабов.

Как уже отмечалось, изменение национального состава населения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры и этнической структуры самой мусульманской уммы (общины) в последние два десятилетия нередко приводило к конфликтам внутри мусульманских общин как внутри приходов населённых пунктов, так и в масштабах всего округа. Потенциально достаточно резкое изменение баланса между различными традициями толкования ислама (мазхабами) может вылиться в серьёзные противоречия, чему следует превентивно противодействовать.

Однако большую опасность как для целостности общества и региона, так и для самой уммы представляют радикальные версии модернизированного ислама (салафиты и др.), агенты которого проникают в регион под «флагами» разных проектов, фондов, общественных организаций.  Их задачи: дестабилизация общества и вербовка. Для уммы их враждебность очевидна: за последние лет 15 салафиты и им подобные радикалы убили ряд ведущих муфтиев традиционных мазхабов в разных регионах России. А это были лучшие люди уммы.

Нередко радикалы хорошо мимикрируют, предлагая чиновникам на местах бороться с радикализмом за «свои деньги» – средства неких «фондов». Порой им удается «оседлать» исламскую повестку в некоторых регионах.

Евгений Сатановский, востоковед, президент центра «Институт Ближнего Востока»: У салафитов религия жесткая, это религия, если угодно, исламского протестантизма. Это иллюзия «возвращения к истокам». Она демонстративно антигосударственная, антивластная, антибюрократичная. Это религия, в которой языком общения является русский, что, как ни странно, очень популярно среди молодежи. Адепты этой религии, возвращающиеся после обучения в западных медресе или университетах арабского мира, прекрасно владеют схемами ведения диспутов, аргументации. Очень простые вещи говорят. Религия, которая слишком усложнена, всегда теряет паству в столкновении с религией, возвращающейся к «простым истинам». Эти «простые истины» могут не иметь ничего общего с основами религии, но, так же как идеи Гитлера были предельно просты и он обладал величайшей ораторской харизмой, так и у радикальных салафитов все просто. Кто виноват, что делать – все понятно. Нужно противостоять чему-то, бороться за торжество чего-нибудь. Простые, примитивные вещи. В то время как сложные идейные системы, с одной стороны, очень красивы, с другой – всегда выстраивают мир несправедливости и коррупции. Люди, которые приходят с простой идеей развалить все эти сложные схемы, всегда пользуются популярностью. Источник: Православие.ру

Проявления экстремизма резко осуждаются и официальными руководителями мусульманского духовенств в регионе.

Муфтий Югры Тагир-хазрат Саматов на этот счет имеет вполне определённое мнение: «Все люди разные, взгляды могут не совпадать, но надо относиться друг к другу с уважением и любовью. А стереотипы, чего бы они ни касались, мешают всем нам жить. Для того чтобы быть настоящим мусульманином, недостаточно просто читать Коран, первостепенный долг верующего – исполнение повелений всевышнего, ежедневные пятикратные молитвы и соблюдение постов… Различия же между толками минимальны, а традиции у нас одинаковые».

Власти региона в лице главы Ханты-Мансийского автономного округа-Югры Натальи Комаровой вопрос межнациональных отношений и адаптации мигрантов рассматривают как приоритетный в повестке региона. В частности, ежегодно в Югре проводится Форум «Диалог культур», объединяющий представителей этнических групп региона, который выступает уникальной площадкой для обмена опытом и решения актуальных проблем в многонациональном обществе. В ноябре в столице Югры готовится еще одно крупное мероприятие в рамках политики межнациональных отношений - "Югра многонациональная".

Рекомендуемые источники:

Дугин А.Г. Евразийский реванш России (Глава «Геополитика Ислама»),  - М., 2014 

Итоги Всероссийской переписи населения,2004

Итоги Всероссийской переписи населения,2010.

Мархинин В.В., Удалова И.В. Адаптация мигрантов в Югре (По материалам социологических исследований 2004-2014 годов). – Новосибирск, Сургут, 2014.

Шевчук А. Почему молодежь уходит в радикальный ислам?

Сайт РДУМ ХМАО-Югры

Сингизов Т.Р. Динамика этнического состава исламской уммы в Ханты-Мансийском автономном округе-Югре. – Томск, 2016.

Статдата.ру (Население России, 2017)

Хайруллина Н.Г., Воробьев Е.М. Межэтнические отношения в Тюменской области: динамика и тенденции. – Тюмень, 2014.