В 2015 году в России начнется крупнейшая земельная реформа. Она положит конец прежней "казачьей вольницы". Нас ждет другой порядок приобретения муниципальных земельных участков, землю можно будет прикупить по цене многократно ниже рыночной.Теперь власти уже не будут смотреть на самозахваты сквозь пальцы, и тем, кто огородил "ничейную" землю, нужно как можно скорее задуматься о последствиях, даже если они до этого жили спокойно десятилетиями.Об этом "Российской газете" рассказал заместитель министра экономического развития РФ Павел Королев. Он также объяснил, что будет с сельскохозяйственными землями после грядущей отмены деления земель на категории.– Павел Эдуардович, так какие конкретные изменения нас ждут?
Павел Королев: С 1 марта будет действовать новый порядок предоставления земельных участков гражданам и юрлицам и передачи государственной земли в муниципальную собственность.
В оборот будет вовлечено большое количество новых участков, которые по требованию граждан муниципалитеты будут обязаны выставить на торги. Определить, какие участки могут быть предоставлены, поможет публичная кадастровая карта.– И отказать в продаже будет сложнее?
Павел Королев: Да. С точки зрения гражданина, самое главное - впервые установлен исчерпывающий перечень случаев, когда вам власти вправе отказать в продаже земли.
Как раньше было, да и сейчас еще? Человек приходит в орган местного самоуправления - ему отказывают, он обжалует отказ в суде, снова обращается и получает ответ: да, по этому основанию теперь все в порядке, но вот другая причина для отказа. И выходит замкнутый круг. Теперь это невозможно, есть формализованный перечень оснований для отказа в выставлении участка на торги и детальная процедура проведения этих торгов.
В рамках этого же закона вводится возможность "прирезать" к участку прилегающую государственную или муниципальную землю, если она не может быть никаким другим образом использована. Для многих это означает шанс приобрести за очень небольшие деньги полоски примыкающей земли, которые они уже фактически огородили. А государство получает больше земли, вовлеченной в оборот.– Но самозахваты сплошь и рядом, а люди и так спят спокойно...
Павел Королев: В том-то и дело, что благодаря принятому в этом году закону земельный надзор и контроль кратно усиливаются.
Впервые вводится процедура административного обследования в рамках земельного надзора. И она будет проводиться сразу в отношении, например, всего населенного пункта, определенной территории, а не отдельного земельного участка. Даже не обязательно дожидаться чьего-то заявления о факте нарушения.
Раньше, чтобы наказать за самозахват, надо было выйти на место, собрать доказательства, улики, а если это юрлицо, нужно было сначала поставить проверку в план на следующий год. Плюс незначительные штрафы. Фактически земельного надзора как принудительной процедуры не существовало, вот и появлялся самострой на государственной земле. Тем более что можно захватить территорию, на которой участок не сформирован. Эта земля не является объектом правоотношений, но между тем она захвачена.
Теперь земельному инспектору через процедуру административного обследования гораздо легче выявить самозахваты. Для этого в его распоряжении есть все необходимые сведения из публичной кадастровой карты и Единого госреестра прав на недвижимое имущество, государственного кадастра недвижимости. Замечу, что впервые земельный надзор и его основные положения будут регламентироваться на уровне федерального закона.
Повод задуматься, забор разобрать или не возводить там, где не надо...– Так чего нужно теперь опасаться тем, кто огородил или застроил кусочек "ничейной" земли?
Павел Королев: В первом чтении в Госдуме прошел законопроект, увеличивающий штрафы за это. Точнее, привязывающий их к кадастровой стоимости земли. Захватил дорогой участок - заплатишь много. Например, за нецелевое использование участка юрлицом размер штрафа составит от 1,5 до 2 процентов от кадастровой стоимости, но не менее 100 тысяч рублей.– Один раз заплачу и дальше буду жить спокойно.
Павел Королев: Ничего подобного. Одновременно выдается предписание освободить землю. А если не выполнить предписание, штраф еще и за это, процедура принудительного исполнения предписания и взыскание убытков. Очень накладно.
С другой стороны, в ходе процедуры административного обследования может выясниться, что муниципалитет не оформил надлежащим образом участок, на который у собственника есть документы. Тогда земельный инспектор выдает соответствующее предписание органу местного самоуправления.– А что нам готовит принятый под занавес прошлого года закон о новом порядке изъятия земельных участков для государственных и муниципальных нужд?
Павел Королев: Он впервые вводит единые, базовые нормы по изъятию и резервированию земельных участков для государственных и муниципальных нужд.
А мы и по сей день принимаем отдельные законы под конкретные крупные проекты. Законодательство устанавливает только основания для изъятия, теперь будет прописано самое важное - процедура. Она делает предсказуемыми сроки изъятия, что очень важно при любом строительстве, с другой стороны - гарантирует соблюдение прав владельцев земли, дает возможность оспорить их нарушение. В первую очередь это закон для людей.
Это касается размера компенсаций за отчуждаемую землю, сроков уведомления, документов территориального планирования, на основании которых производится изъятие. Сейчас же при проведении дороги граждане сталкиваются с неким фактом, с которым уже ничего нельзя сделать, ни оспорить, ни толком проверить обоснованность изъятия земли.
Все это говорит о том, что нужно более ответственно принимать решения об изъятии, больше внимания уделять резервированию. Закон особенно важен в свете таких проектов, как высокоскоростная магистраль Москва - Казань или развитие транспортной инфраструктуры к чемпионату мира по футболу 2018 года. Он заработает с 1 апреля 2015 года.– Но никто не гарантирует справедливую оценку земли в случае его изъятия, если границы участка неточно описаны. А это массовое явление. И власти мешает собирать налог на землю, на недвижимость. Как эту проблему решить?
Павел Королев: Для этого принят закон о комплексных кадастровых работах, который 22 декабря подписан президентом России. Они будут производиться сразу по кадастровым кварталам для того, чтобы в расчете на один земельный участок стоимость этих работ была меньше, чем при обычном порядке, когда такие работы заказываются отдельно для каждого участка.
Заказчиками здесь должны выступать муниципалитеты, закон дает им право использовать на эти цели бюджетные средства. В их интересах один раз потратиться, чтобы навести порядок на своей территории, получить возможность правильно исчислять налог на недвижимость. Ну а граждане получат гарантию, что границы их участков описаны правильно. Если выяснится, что по документам границы пересекаются, вводится процедура досудебного урегулирования споров между соседями.
Кроме того, в ходе комплексных кадастровых работ возможно образование новых земельных участков и вовлечение их в оборот. Муниципалитету это сулит прибыль, а рынку еще один участок, сформированный в соответствии с Генпланом, градпланом и всем на свете. И, конечно, без комплексного уточнения описания границ очень трудно развивать инфраструктуру. Иначе говоря, в этих работах заинтересованы абсолютно все, и власть, и правообладатели.– Для чего нужен закон об объединении реестра и кадастра, который принят в первом чтении?
Павел Королев: Это своего рода основной закон, по которому будет действовать система кадастрового учета и регистрации прав собственности. Вводится единая учетно-регистрационная процедура: уже не нужно подавать заявления отдельно о кадастровом учете объекта недвижимости и отдельно о государственной регистрации права. Максимально, всего до 5 - 7 дней, сокращается срок процедур, устанавливается ответственность за их соблюдение, оптимизируется взаимодействие между Росреестром и Федеральной налоговой службой. Законопроект очень сложный, со многими обязывающими нормами, он играет большую роль в налоговом администрировании.– Подготовленный минэкономразвития законопроект о переходе от деления земель на категории к территориальному планированию вызывает большие опасения. Он принят в первом чтении, но итоги голосования довольно красноречивы...
Павел Королев: Отмечу, что законопроект разработан во исполнение поручений президента РФ по итогам Государственного совета РФ по земельным вопросам. Его критикуют прежде всего аграрии, которые считают, что ликвидация категории земель сельхозназначения приведет к массовому выводу их из сельхозоборота для застройки.
Но парадокс в том, что законопроект как раз предусматривает более жесткую защиту земель сельскохозяйственного назначения. Мы полностью солидарны с главным тезисом критиков закона о том, что земли сельхозназначения должны охраняться государством, более того, считаю, что они должны охраняться в приоритетном порядке.– Так откуда такая критика?
Павел Королев: Для начала поясню суть проблемы. Категории, а всего их семь, отражают целевое назначение земли. Это земли населенных пунктов, промышленности, сельского хозяйства, особо охраняемые природные территории и так далее. Но категория - общее понятие, а все, что можно делать на земле, определяется видами разрешенного использования. Их у нас около двух тысяч. До последнего времени каждый муниципалитет их устанавливал, по сути, произвольно.
Что получается? Дачное строительство можно вести и в населенных пунктах, и на землях промышленности, и на землях сельскохозяйственного назначения. Рекреационное использование, которое при всей кажущейся безобидности этого термина может иметь далеко идущие последствия, допускается в населенных пунктах, на землях сельхозназначения и на особо охраняемых природных территориях. Строительство перерабатывающего завода - на сельхозземлях, землях промышленности и в населенных пунктах. И так далее. То есть целевое назначение земли не выдерживается, и без перевода земли из одной категории в другую ее можно фактически использовать как угодно.
Возникает вопрос: а какая защита сельхозугодий в этой связи с этим порядком возникает? Это невообразимая конструкция с точки зрения бюрократа честного и очень удобная с точки зрения бюрократа нечестного.
Категории земли не предусматривают комплексное развитие территорий. Сегодня здесь сельхозземли, завтра - земли поселений, потом - промышленности. Мы же предлагаем опираться на выделение территориальных зон, которые друг с другом не пересекаются и имеют четкий набор видов разрешенного использования земли. Для этого, в частности, мы подготовили классификатор видов разрешенного использования земель, который на днях вступил в силу. Исключительно важный акт, которого просто не было в стране.– Какой механизм защиты сельскохозяйственных земель предлагает минэкономразвития?
Павел Королев: Подчеркну, что проектируемые нормы не предусматривают изъятия сельхозземель из сельхозоборота, за исключением отдельных, экстрасложных и трудных случаев. Чтобы дополнительно защитить аграриев, мы инициировали норму о сельскохозяйственном регламенте.
Он будет определять, что и как можно делать на этой земле, и предполагает более сложную и ответственную процедуру оборота земель сельхозназначения. Тогда на них не будет дачного строительства, как сейчас.
Кстати, за истекшие 10 лет под застройку отошло около одного процента всех земель сельхозназначения. Но из сельхозоборота выпало земли гораздо больше. Пашня, которую во времена СССР мы всячески стремились расширять, просто зарастает лесом. Смешанным - за 10 лет, хвойным - за 15. Все. Для интенсификации оборота сельхозземель нужна четкая правовая процедура, теперь предусмотренная в законе N 171-ФЗ, а также экономическая целесообразность, выгода.
Кстати, процедура предоставления участков и проблемы сельхозземель замечательно отражены в фильме Никиты Михалкова "Своя земля".– Как будет приниматься сельхозрегламент?
Павел Королев: Точнее, регламенты. На федеральном уровне минсельхозом принимается типовой сельхозрегламент, а на его основе субъекты будут принимать свои сельхозрегламенты, учитывающие местную специфику.
Соответствующий проект подзаконного акта мы намерены представить депутатам уже ко второму чтению закона, чтобы гарантировать разработку сельхозрегламентов к моменту вступления закона в силу. Они должны разрабатываться организациями минсельхоза, научными и проектными учреждениями. Точно так же, как градрегламенты готовятся своими проектными организациями.
Сельхозрегламенты должны исходить из комплекса факторов. В частности, мы не должны определять ценность сельхозугодий только по химическому составу почвы. Потому что не только черноземы, как на юге или юго-востоке Европейской России, могут иметь особую ценность. А если это технические культуры? Им вообще чернозем не нужен, они на нем сгорают. Лен, например, выращивают в Нечерноземье, при этом при правильной организации хозяйства он является весьма ценной культурой. Также, например, места выпаса скота - это крайне важные для сельского хозяйства территории.– В регионах уже приняты документы территориального планирования? Все ли готово к переходу в новый правовой режим использования земель?
Павел Королев: Региональные схемы территориального планирования утверждены везде, на муниципальном уровне почти везде. Проблемы могут быть, например, в Москве и Московской области, то есть на высокоурбанизированных территориях, где требуется учесть множество факторов. Потому что при подготовке любого градостроительного документа нужно понимать, что на этой территории есть сейчас, как было и как должно быть.
Альтернативы территориальному планированию нет. Можно откладывать эти решения, но лишь для уточнения деталей законодательного регулирования.– Почему закон заработает только с 2018 года?
Павел Королев: Предусмотрено много переходных норм, мы обязаны учесть всю специфику правоотношений в этой сфере.
Еще раз подчеркну: мы понимаем озабоченность аграриев. В начале 2000-х годов, когда очень активно развивался стройкомплекс, многие нормы принимались в помощь ему. И до сих пор любые изменения, затрагивающие сельхозземли, настораживают. Но сейчас перед нами задача дать возможность развиваться всем сферам экономики на основе современных, очень четко прописанных норм землепользования. Необходимо создавать поэтапно межотраслевую систему управления земельными ресурсами. Ведь экономика страны развивается не секторально, а комплексно, и основой для этого являются земельные отношения.
А законопроект о переходе к зонированию земель мы будем дорабатывать ко второму чтению с учетом обсуждения с экспертным сообществом, с представителями регионов. Законопроект трудный, в нем сочетаются вопросы территориального планирования, землепользования, природоохранных мероприятий и так далее.– Теперь видно, что прошедший год был очень насыщенным для земельного законодательства. Что выделите как главный итог?
Павел Королев: Мы уходим от практики деклараций в области землепользования и переходим к практике норм прямого действия, взаимно четко увязанных.
Одновременно повышаем ответственность правообладателей и власти за их соблюдение, предъявляем более высокие требования к качеству работы органов местного самоуправления и исполнительной власти, которые должны обеспечивать комплексное развитие территорий. Общество давно этого ждет. Правоотношения в сфере землепользования становятся системными, близкими к принятым в развитых странах. Земельный кодекс существенно обновился, на наш взгляд, он стал теперь в полном смысле отраслью права. Мне кажется, это очень важно, потому что земля - базис экономики.Источник: "Российская газета"