Трагедия в средней образовательной школе № 175 города Казани всколыхнула общественность: психологи, политологи, общественники и журналисты пытаются понять, как избежать повторения подобных событий. Президент России Владимир Путин уже поручил ужесточить правила оборота оружия среди граждан. Ряд экспертов выступили за увеличение числа психологов в школах и их активную коммуникацию с учениками и родителями. О том, как вычислить будущего агрессора и предотвратить трагедию мы поговорили с  клиническим психологом, экспертом судебной психологии Олегом Долгицким.

В чем могла быть причина нападения молодого человека на школу в Казани, почему он так поступил?

Основная причина кроется в больном обществе, которое порождает людей, имеющих влечение к смерти (по Зигмунду Фрейду) или некрофильские тенденции (по Эриху Фромму). Данные тенденции являются следствием недоразвитости мотивационного компонента личности, другими словами, у молодого человека просто отсутствовало представление о добре и зле, хорошем и плохом. Его желание убивать обусловлено патологией развития. Таких субъектов довольно много в обществе сегодня, но далеко не каждый из них сможет решиться крайние меры.

Почему психиатр на приеме, где выдается справка, необходимая для получения разрешение на приобретение оружия, сделала заключение, что Ильназ Галявиев здоров?

Расстройство у человека на таких приемах психиатры стараются выявить через наличие различных симптомов, среди которых могут быть: жалобы на плохой сон, перепады настроения, тревожность и даже голоса в голове. Если никаких жалоб не предъявляется, а сам психиатр ничего не обнаружил, на осмотре пациент признается здоровым. По всей видимости, в данной истории так и произошло. Поскольку молодой парень нигде ранее на учете не состоял и не предъявил никаких жалоб, он был признан совершенно здоровым. Нужно понимать, что современная психиатрия все еще имеет «плохую» репутацию,  это палка о двух концах. С одной стороны, врач-психиатр, который старается не раздавать диагнозы зря, а с другой, пациент, который максимально готовится к прохождению комиссии.

Получается, что психиатры не могут выявить людей с подобными отклонениями?

Да, именно так, современная психиатрия под это попросту не заточена. Если использовать имеющийся подход, то психически больным можно будет признать слишком большее количество людей. Как говорится, был бы человек, диагноз найдётся. Всё ещё свежа память о «вялотекущей шизофрении», этот диагноз можно было выставить любому хоть немного неординарному человеку.

Как тогда распознать будущего агрессора и догадаться о его намерениях?

Люди, не имеющие профессиональной квалификации по данному вопросу, вряд ли смогут это сделать. Такие люди очень плохо социализированы, поэтому, чтобы распознать у него тот или иной мотив, нужно хотя бы быть на связи с таким человеком, а этого обычно не происходит. Разумеется, в качестве ранних признаков неадекватного поведения может быть высокая напряженность, раздраженность, агрессивность, но их же никто не видит. В анамнезе таких людей часто встречается насилие со стороны близкого окружения, случаи пиромании, насилия над животными, все это имеет место быть, но об этом обычно никто даже не догадывается, так как с этим человеком никто просто не общался.

Нужно идти на контакт с такими людьми и втягивать их в социальное взаимодействие, противодействуя механизму социального отчуждения, которому они становятся подвержены. Чем больше у этого человека становится связей, тем меньше риск совершения преступления.

В чем причина того, что такие вопиющие случаи жестокости происходят год за годом в разных городах и странах?

Сейчас мы живем в эпоху постмодерна, где одновременно существует множество противоречивых правил и регламентов об окружающем мире. Чтобы адаптироваться к такому обществу, люди отвергают и обесценивают традиции, религию, науку, вообще все. Это создают благодатную почву для появления людей с некрофильскими тенденциями. Отсутствует четкая и понятная идеология, которая могла бы быть противопоставлена всем этим тенденциям, могла бы значительно сгладить текущую ситуацию, но ее нет. По этой причине у нас растет поколение без этики и морали в традиционном смысле, а это отличная почва для формирования тенденций некрофилии.

Как можно было бы избежать случившегося?

Отклонения у этого человека нужно было выявлять на ранних этапах его развития. Данные черты формируются уже в период 3-7 лет, а это значит, что уже в младших классах можно было, как минимум, провести тщательный анализ личности. Как ни странно, обычно хватает даже рисуночных методик и анализа сновидений, которые могли бы зафиксировать тенденции некрофилии. Но психологов в школах России до сих пор категорически не хватает, поэтому делать это невозможно физически. В психиатрии такие аномалии развития личности обычно выявляют уже постфактум, по результатам случившегося, медики тут бессильны, увы. Чтобы впредь таких случаев не повторялось, нам нужна идеология, нужно создавать отдельное министерство, которое этим бы занималось, принимать на работу в эту структуру психологов и философов, которые бы в полную силу занимались вопросом идеологии в государстве.

Какие меры профилактики могут применяться в школах, чему должно уделяться внимание? Может быть работе психолога, предотвращению травли детей?

Нужно в разы повысить количество психологов в школах, это поможет чаще выявлять отклонения в психике у детей. На данный момент психологов катастрофически не хватает. Также необходимо сажать на места вооруженных охранников. Наличие такого охранника на входе в школу могло значительно снизить желание стрелка врываться в учреждение.

Как вести себя с агрессором в случае нападения?

Прятаться и убегать. Единственное, что движет таким человеком - это стремление к смерти. Попытки договориться с ним бесполезны, единственное чего он хочет - это разрушать и уничтожать.

Фото: Следственный Комитет Российской Федерации, sledcom.ru