Экономическая ситуация в России не отразится на рейтинге президента и «Единой России», которая с большой вероятностью на выборах в единый день голосования в сентябре вновь возьмет большинство голосов. О том, что стоит за этими прогнозами, а также каковы реальные шансы у оппозиции, глава Фонда развития гражданского общества (ФоРГО) Константин Костин рассказал газете «Известия». 

– Константин Николаевич, будет ли избирательный цикл 2015 года отличаться от цикла 2014-го?

Костин: Любые выборы уникальны. Особенность же нынешнего цикла определяется, на мой взгляд, двумя факторами. Во-первых, это масштаб. Пройдет более 3,5 тыс. кампаний, будет «разыгрываться» около 93 тыс. мандатов различных уровней, в 21 субъекте России изберут губернаторов, а в 11 – парламенты регионов, возможность проголосовать получат более 50 млн. человек. Это серьезная работа для избирательных комиссий, наблюдателей, участников гонки, своего рода еще одна «шлифовка» механизмов демократии.
Во-вторых, это, безусловно, приближающийся федеральный цикл, который фактически начнется сразу после единого дня голосования. Таким образом, эта кампания – последняя возможность для участников политического процесса зафиксировать свой статус-кво: новичкам попытаться сформировать свое представительство в каком-нибудь из законодательных органов власти и получить право воспользоваться парламентской льготой, а для крупных партий – это возможность скорректировать свои предвыборные стратегии в ходе электоральных процедур, понять, как лучше работать со своими избирателями, как строить свою федеральную кампанию.

— Недавно глава правительства Дмитрий Медведев заявил о том, что в стране сложная экономическая ситуация. На ваш взгляд, отразятся ли на голосовании повышение цен, инфляция и рост тарифов ЖКХ? Останется ли спрос на патриотизм, как это было в прошлом году? 

Костин: Вы хотите узнать, променяют ли россияне свободу на колбасу? Нет. Не променяют. Тем более что у нас перед глазами пример Украины, где решили поменять суверенитет на колбасу, то есть на такой уровень жизни, как в ЕС. А в результате суверенитет фактически потерян, уровень жизни падает, экономика развалена, как говорится, ни колбасы, ни свободы. 
Теперь о выборах. Действительно, в прошлом году мы говорили о двух серьезных факторах, которые играли определяющую роль и на муниципальных, и на губернаторских выборах. Главное — это консолидация вокруг президента, в основе которой лежали поддержка его политики и «крымский консенсус». Все кандидаты, поддержанные Владимиром Путиным, и те, кто шли от «Единой России», получали, таким образом, преимущество. Думаю, что влияние этих факторов сохранится. В то же время негативные тенденции в экономике будут оказывать определенное влияние на социальное самочувствие граждан, и ответственные политические силы попросту не могут не учитывать это в своей работе и взаимодействии с людьми. 
Кроме того, не нужно забывать, что Россия так устроена, что внешнее давление приводит к консолидации общества. Объясню почему: мы – единственная страна, которая на протяжении небольшого исторического периода пережила такое большое количество войн, различных попыток уничтожения нашей идентичности и государственности. Но мы выстояли, и поэтому факторы внешнего давления на Россию воспринимаются негативно уже на генетическом уровне. Поэтому сегодня консолидация сохранится и даже увеличится. Это уже показал последний опрос «Левада-Центра», согласно которому уровень поддержки населением президента достиг 89%.  
Также крайне важно понимать, что в основе текущих рейтингов лежит не столько «крымский фактор», сколько оценка обществом результативности политики президента, которую он проводил в течение последних 15 лет. Люди прекрасно помнят положительные изменения, которые произошли в их жизни. Поэтому помимо мобилизационной повестки есть еще признание и оценка результатов.

– То есть сценарий Армении нам не грозит?

Костин: В Армении совершенно другая ситуация. Там правящая элита – это элита победителей в войне, и они воспринимаются именно как военные победители. Но после окончания войны с экономикой начались проблемы, хотя руководство Армении делало все возможное исходя из тех ресурсов, которыми обладало. Но тем не менее серьезных улучшений в жизни людей не произошло и у населения наступило разочарование.
В России все иначе. Любители проводить различные аналогии и делать тревожные псевдопрогнозы забывают, что за 15 лет в стране произошло много серьезных позитивных изменений. Если мы посмотрим на уровень жизни граждан, на уровень капитализации национальных компаний, объем рынка, на те практики, которые появились в жизни россиян за последнее время, то это очень серьезный цивилизационный сдвиг. Люди это ценят. Тем более что сейчас это не первый кризис, который проходит страна при Владимире Путине. Были и другие кризисы, поэтому люди уверены, что в любой самой сложной ситуации президент действует наилучшим образом и в их интересах. И это очень существенный факт, который имеет серьезное влияние на все политические процессы, которые происходят в России.

– То есть прошлое перевесит настоящее?

Костин: Речь не совсем об этом. Прошлое никогда не перевесит настоящее, а тем более будущее, но прошлое имеет большое значение в восприятии будущего, а тем более при его проектировании. То есть все, как в обычной жизни: планируя будущее, вы оцениваете различные возможности, опираясь на собственный опыт.

– То есть политическая система стабильна. Но вот сенатор от Брянской области Екатерина Лахова недавно назвала губернаторские выборы игрой, в которую играет вся страна, и предложила их отменить. Может, с ней стоит согласиться?

Костин: Не стоит. Тем более подобные предложения странно звучат от представителя Брянской области. Да, скорее всего сейчас кампания по выборам губернатора этого субъекта Федерации пойдет по референдумному сценарию. 

– Все-таки в каких субъектах можно ожидать конкурентных избирательных кампаний?

Костин: Пока мы не увидим всех кандидатов, крайне сложно говорить о том, где будет конкуренция, а где нет. В политике личность имеет огромное значение, особенно если мы говорим о персональных выборах. У оппозиционных партий достаточно таких политиков в регионах, где предстоят выборы. Но пока открытым остается вопрос, станут ли они кандидатами. Среди регионов, где выборы могут быть интересными, я бы выделил Омскую и Амурскую области. Кроме того, еще в ряде субъектов, несмотря на предпосылки к референдумному сценарию, выборы действующим руководителям вовсе не покажутся легкой прогулкой.

– Но ведь в большинстве регионов все равно будет референдумный сценарий, губернаторы заранее договариваются с сильными кандидатами...

Костин: Что плохого в коалиции? Это нормальная демократическая практика. Не стоит забывать, что каждая политическая сила, вступая в коалиции, преследует собственные цели. Во всем мире конкурентные сценарии составляют 10–15% от общего числа кампаний. Как говорят, демократия отвратительная и очень затратная штука, но лучше пока никто ничего не придумал.
Только прямые выборы дают возможность получить мандат доверия населения. Доверие – самое ценное, что есть в политике, имея его, можно в случае необходимости идти на какие-то непростые решения. Да, сейчас большинство губернаторских выборов у нас носят референдумный характер, но после 2016 года – выборов в Госдуму по смешанной системе – конкурентных сценариев станет больше.

– Из 21 региона, где назначены губернаторские выборы, только семь представлены новыми кандидатами в губернаторы. Почему такой невысокий уровень ротации?

Костин: Я с вами не согласен. Ротация – это не самоцель, а инструмент улучшения качества госуправления. Сменяемость же на уровне 30% – это достаточно высокий показатель. В основе всех замен лежала оценка населением работы губернатора. Те руководители, у которых антирейтинг был выше рейтинга, переставали возглавлять субъекты. Им на смену приходили другие. Это результат системной работы внутриполитического блока Кремля, проводившейся с 2012 года. В результате которой, по выражению первого замруководителя администрации президента Вячеслава Володина, губернаторский корпус стал более тяжеловесным в хорошем смысле слова и более эффективным.

– В нынешней политической повестке при высоком уровне доверия к президенту какое место займет системная оппозиция? Уйдет ли «Справедливая Россия», которая за последнее время лишилась сильных политиков и спонсоров?

Костин: У любой оппозиции в демократическом государстве есть вполне понятные место и роль – оппонирование власти, представление альтернативных стратегий достижения общих целей развития страны. Общие цели – это поле консенсуса в современном обществе, а методы достижения, этапность, инструментарий – это уже предмет конкуренции. Те, кто предлагает сломать устои общества, пытается отрицать консенсусную базу, неизбежно попадают в маргинальное поле. Здесь уместно вспомнить пример из политической жизни Великобритании, где оппозиция его величеству существует и периодически приходит к власти, а оппозиции его величеству в легитимной политике просто нет.
Касаясь шансов «Справедливой России», нужно отметить, что большие политические машины всегда имеют преимущество, а она, будучи парламентской партией, безусловно, таковой является. Не думаю, что у «эсеров» шансов меньше, чем у новичков, по крайней мере у тех, кто уже получил право на парламентскую льготу. Сейчас опросы показывают процент, который позволяет «Справедливой России» преодолеть проходной барьер в Госдуму, но дальше многое будет зависеть от избирательной кампании, от того, сможет ли она сохранить свой электорат, на который нацелены и другие участники выборов. 

– На ваш взгляд, насколько радикально изменится состав Госдумы после выборов в 2016 году? Как на формирование парламента повлияет появление смешанной системы голосования?

Костин: Безусловно, изменится. В первую очередь за счет появления депутатов-одномандатников и новых лиц в рядах парламентских партий. Цифры называть пока рано, но нам следует ожидать достаточно высокой ротации депутатского корпуса по сравнению с несколькими предыдущими созывами. Не стоит забывать, что в новую Думу помимо действующих парламентских партий, могут пройти партии, которые стоят на патриотической платформе, – «Родина» и «Патриоты России». Активны и «Коммунисты России», но им будет тяжело соревноваться с КПРФ за предпочтения левого электората. 
На сегодня «Единая Россия» по всем показателям объективный лидер нашей партийной системы. Особенно наглядно это демонстрирует представительство ЕР на самом близком к людям уровне власти – муниципальном. Только эта партия выставляет 100% кандидатов, вторая по этому показателю КПРФ – немногим более половины.
За оставшийся год изменить что-то радикально вряд ли у кого-то получится. Поэтому чему удивляться, если «Единая Россия» получит большинство на выборах в Госдуму в 2016 году. А каким это большинство будет – абсолютным или относительным, – решат избиратели в ходе открытого прямого голосования.