Новая картина «Пророк. История Александра Пушкина» вызвала бурные дискуссии зрителей и кинокритиков, мнения высказываются самые разные, подчас диаметрально противоположные.

 ИА «Повестка дня» обратилась к руководителю Экспертного клуба Экспертной области Анатолию Гагарину с просьбой поделиться впечатлениями о новом фильме.

«Пушкин - наше всё», как сказал Аполлон Григорьев. Ну что ж, значит, «наши все» могут делать с Пушкиным) всё. Это ведь «наше». А если задумать байопик в жанре мюзикла, то, следуя за нашумевшими образцами этого жанра, то можно позволить разного рода отступления от истории и вкуса. Из всех музыкальных жанров авторы выбрали рэп, полагая, что это самый «свободолюбивый». Тем более, уже есть тренд, условно называемый «пушкинский рэп» - певцы разной степени известности исполняют рэп на стихи Пушкина. И, кстати, эта ритмическая декламация помогает школьникам запоминать стихи для уроков, что породила полушутливый мем о том, что «Пушкин - отец рэпа».  Так что, рэп, как видим, это не совсем то, что пишут о нем на заборах…

А в новом фильме уже на «полном серьезе» Пушкин – рэпер с младых ногтей, он легко входит «в те двери» на «голых вечеринках» и срывает аплодисменты и в лицее, и в салоне княгини Авдотьи Голицыной.

Смелая замашка на «Историю Александра Пушкина» играет злую шутку с фильмом. Ведь это скорее фантазия на тему истории. Вопрос - чья фантазия? С первых же сцен фильма появляется шальная (или нет?) мысль о том, что визуальные решения картины - продукт творчества нейросети. Поэтому и Бенкендорф такой необычный, скажу мягко. В кожаном реглане, уместном в начале XIX века разве что в путешествии или морском походе. Хотя аллюзия понятная, жандарм-кожанка, не хватает только маузера на столе.

Кадр из фильма «Пророк. История Александра Пушкина»

Впрочем, если запросить у любой нейросети портрет «Александра Бенкендорфа», она выдаст нечто оригинальное. Мне одна из сетей выдала эдакий «клюквенный» портрет.

Нейросеть «Шедеврум»

 А вот настоящий Бенкендроф -

Джордж Доу и мастерская. Портрет А. Х. Бенкендорфа. 1824

 Портрет А. Х. Бенкендорфа в мундире Лейб-гвардии Жандармского полуэскадрона (1840-е), копия Егора Ботмана с картины Франца Крюгера (Музей Гвардии)

Фильм по стилистике и антуражу мне напомнил картины Гая Ричи. В первых же сценах Петербурга я стал ожидать появления Шерлока Холмса, что гайричевского, что российского сериала с Петренко и Паниным, кстати, тоже производства ЦПШ, (ЦентралПартнершип) или Гиляровского из фильма Карена Шахназарова о Хитровке, снятого в этой же манере. Кстати, сцена прохода Пушкина в круглых темных очках по улице Одессы под ручку с Воронцовой – явная цитата из гайричевского Шерлока.

А про «Ла-Ла-Лэнд», «Вавилон» Дэмьена Шазелла, «Стиляг» Валерия Тодоровского и говорить не приходится, ясно, на кого и на что равнялись авторы «Пророка».

Можно вспомнить и фильмы База Лурманна «Мулен Руж» и «Великий Гэтсби», в обоих фильмах композитором был Крейг Армстронг, создавший для них микс поп-культуры и оперы. Впрочем, сам жанр мюзикла дает эстетическую карт-бланш/индульгенцию для эклектики, уходящей в глубокомысленный треш. Но ведь одно дело голливудские оргии, а другие – петербургские салоны в фильме «Пророк», где дамы щеголяют с голыми плечами, а Наталью Гончарову в танце поднимают некие юноши, совсем как в вышеупомянутых фильмах.

Впрочем, вэкранизации рок-оперы Эндрю Ллойд Вебера, фильме Нормана Джуисона 1973 года «Иисус Христос – суперзвезда» римские стражники были вооружены немецкими MP-40, и никто не возмущался, сочтя это за режиссерский новаторский ход.

Полагаю, что фильм изначально был «заточен» и на зарубежный прокат, где хорошо «прокатят» (пардон за тавтологию) усредненные визуальные решения, опирающиеся на устоявшиеся мифы и стереотипы о России, тем более того далекого времени, и , что еще важнее, на зарубежную киноклассику про Россию, в которой главным была не пресловутая историческая достоверность, а соответствие ожиданиям зрителей, а не кинокритиков и знатоков.

Кстати, в 2014 году иностранные режиссеры-постановщики Дитер Мартин Каэги и Геральд Штольвицер в  Екатеринбургском театре оперы и балета посадили Онегина на скутер, и дали его в руки ружье (!), из которого он и застрелил бедолагу Ленского.

Среди достоинств фильма хочу отметить одно - апофатическое, с позволения сказать (скажу спасибо за то, чего нет в фильме). Авторы обошлись всего лишь одной (!) интрижкой поэта с женой губернатора Воронцова, хотя некоторые зрители, наверное, ждали и Анну Петровну Керн (и других дам из донжуанского списка поэта),причем Пушкин показан в этой истории с лучшей, насколько это возможно в данной ситуации, стороны. Хотя фигуры Александра Раевского, еще одного участника любовного «четырехугольника», в фильме нет. Авторы сочли, что это утяжелит сюжет, хотя образ романтичного молодого Пушкина стал бы более драматичным. Ответ один – ведь это мюзикл… Замечу, что в сцене любовной эскапады поэт зачем-то по картежному сбрасывает деньгис балкона (видимо, это была аллюзия на Дурова и его эскапады).

Аллюзий в фильме достаточно, и самая яркая – сцена игры в теннис вместе с императором Николаем I (хотя любителем тенниса был Николай II). И когда звучит фраза про, что «в России теннис точно не приживется», померещилась витающая улыбка Никиты Сергеевича Михалкова, ну прямо как у Чеширского кота - тем более, что компания ТРИТЭ в составе продюсеров. Сцена хоть и фантазийная, но гиперкинематографичная – тут и движение, и словесные пикировки.

Удивительно, но в фильме нет собственно ПРОРОКА - а это вынесено в заголовок -и пророком, то есть пророчицей выступает некая цыганка, которая перечислила поэту совокупность опасностей, среди которых зловещая «белая голова». А Пушкин, не смог распознать это пророчество и «подставился», как сказал бы герой одного «красного» вестерна («Шестой» Самвела Гаспарова, если кто еще помнит). Собственно, то, о чем писал сам поэт в стихотворении «Пророк» «Восстань, пророк, и виждь, и внемли, / Исполнись волею моей,/ И, обходя моря и земли,/ Глаголом жги сердца людей», происходит где-то за пределами фильма, потом, после… Правда, в начале картины нам показывают бурные восторги фанатов Пушкина, которые зритель должен принять как данность, видимо, в угоду жанру мюзикла.

Жаль, конечно, что фильм «Пророк» не стал фильмом «Про рок», то есть рок-мюзиклом, хотя «Солнце русской поэзии» явно достоин такой рок-оперы. Скорее, этот фильм можно назвать «Про рэп» (любители параллелей могут связать африканские корни поэта с рэпом, но Юра Борисов не очень-то похож, если честно, на своего прадеда Арапа Петра Великого). Но это, конечно, шутка.

А вот если серьезно, то главная проблема этого МЮЗИКЛА в том, что в нем нет цепляющей музыки, которую хотелось бы петь, которая хоть как-то совпала бы с поэзией Пушкина. Про тексты рэп-кричалок я умолчу, хотя дотошные критики раскопали авторов этих шедевров - Айгель Гайсину (АИГЕЛ), Надежду Грицкевич (Наадя), Вадика Королева (Окуджав), Юрия Музыченко (The Hatters). Понятно, что авторам нельзя было пойти путем фильма «Стиляги», где создатели взяли песни, совпадающие по духу и нерву – у нас я не припомню достойных песен «про Пушкина». Но и просто читать под бит стихи Пушкина а ля «пушкинский рэп» авторам показалось несолидным или несерьезным. В итоге, мы услышали то, что услышали…

А вот рок-опера про «наше всё», про Пушкина, конечно, востребована.

Но где вы, мастера культуры, наши суверенные/импортозамещенные композиторы и либреттисты? Способна ли Российская земля рождать не только «собственных Платонов и быстрых разумом Невтонов», о которых писал Ломоносов, но и Ллойд Вебберов и Тимов Райсов, или новых Рыбниковых и … кого бы еще вспомнить?

А пока царскосельские лицеисты рэпуют в фильме «Будем продвигать науку мы, как Ломоносов, и, как Державин, напишем великие стихи».

А зрителю остается терпеливо ждать… 

Об авторе: Анатолий Гагарин, член Союза писателей России, кинопродюсер, кинокритик,доктор философских наук, профессор кафедры политических наук УрФУ

Фото: Борис Ярков