Вчера в «Известиях» появилась статья главы Фонда развития гражданского общества Константина Костина «Система не терпит пустоты». «Повестка дня» предлагает своим читателям ознакомиться с ней. Текст приведён ниже.

Попытка проанализировать актуальное состояние партийной системы России неизбежно приводит к вопросу: много у нас партий или мало? Всего их сейчас зарегистрировано около восьми десятков. Но многие из них существуют только на бумаге и никакой деятельности не ведут. Какова же в этих условиях роль подобных фантомных партий, не нужно ли сократить их число?

Ответов на этот вопрос может быть несколько. Первый — чисто арифметический: в США, хотя Штаты называют страной с двухпартийной системой, на самом деле, как минимум пять крупных федеральных партий и около 50 малых, в том числе региональных. Почему-то, когда людям об этом сообщаешь, они удивляются. С учетом численности населения получается, что обеспеченность россиян партиями из расчета на тысячу человек уже выше, чем американцев.

Второй аспект гораздо важнее. У каждой партии есть практическая задача — получить как можно больше голосов и мандатов на выборах, т.е. это борьба за власть. И есть «миссия», которая, кстати, в ряде западных стран закреплена в конституциях или в партийном законодательстве. Миссия партий — это народное представительство в органах власти. Обществу нужны только те партии, которые представляют интересы социальных групп. Нельзя искусственно сконструировать парламент «для красоты», чтобы там, как в учебнике, было немножко правых, немножко левых, и в середине — центристы.

Если посмотреть электоральную статистику и данные социологических опросов за последние 10 лет, становится очевидным, что «большая четверка» российских партий в Госдуме представляет политические предпочтения более чем 80–85% граждан России. Все остальные партии делят между собой право представлять интересы 15–20% населения. Разумеется, шансы на победу у малых партий в ходе выборов небольшие, но были, однако воспользоваться ими никто не сумел.

Тем не менее одни проигранные выборы еще не говорят о том, что партия не в состоянии осуществлять возложенную на нее общественную миссию. Кстати, в этом случае общественная миссия и практические интересы партии связаны самым тесным образом. Если партия перестанет представлять интересы своей группы, за нее перестанут голосовать, и она потеряет голоса, мандаты, влияние и в конечном счете власть. Участие в выборах для партии обязательно.

А что у нас происходит? Не то что на федеральном уровне — у нас на муниципальных выборах весьма показательная ситуация: кроме «Единой России», ни одна партия, даже парламентская, не выдвигает 100% кандидатов на все имеющиеся вакансии. А ведь это крайне важный, первый этаж власти. Через него благодаря прохождению муниципального фильтра партии получают право выдвигать кандидатов в губернаторы. Однако это соображение не мобилизует даже крупных игроков. Что уж говорить о «малых партиях», пребывающих в спящем состоянии и сдающих нулевые отчеты.

И все-таки эти партии остаются потенциальными участниками выборов. Таких участников было много в 1995 году — 44 партии в бюллетене. Однако это происходило сразу после крушения монопартийной системы, когда новая система только отстраивалась. И то, если посмотреть результаты выборов 1995 года, можно заметить, что результат выше 1% получили от силы 20 партий — то есть за каждую «малую» проголосовало очень немного. Так что популярность и востребованность таких проектов в 1990-е — миф. Их пробовали, как любую экзотику, очень осторожно. А сейчас избиратель более зрелый, рассуждает рационально.

На мой взгляд, имеет смысл вводить дополнительную систему «мягкой квалификации» в отношении партий, которые в течение, например, трех избирательных циклов не участвуют в выборах. Закрывать партии не нужно — можно просто переводить их в разряд общественных объединений.

Многие боятся, как бы это не стало консервацией нынешней политической системы. Не станет! Ведущие игроки «большой четверки» из парламентской оппозиции — КПРФ, ЛДПР, СР — подошли вплотную к вопросу о смене руководства. Останутся ли после этого партии представителями интересов своего электората? Это зависит от работы в межвыборный период, который никто не отменял. Контуры VIII Госдумы определяются уже сегодня. Если старые игроки перестанут представлять интересы россиян — эстафета перейдет к новым. Система не терпит пустоты.